# Ломакин На пороге двойного бытия

Станислав Константинович Ломакин

## Станислав Ломакин

## ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ ОСНОВА БЫТИЯ

> «На трудных тропах бытия

> Мой спутник – молодость моя.

> А этот шелест за спиной –

> То поступь Вечности за мной».

> Марина Цветаева.

Исторические вехи русской философской мысли являют собой самые яркие примеры стремления не только к отражению жизненных процессов, происходящих в обществе, сколько к моральному преображению действительности. Анастасия Ивановна Цветаева (1894–1993), родная сестра великой поэтессы

России Марины Цветаевой (1892–1941), серьезно увлекалась философией, в свое время она училась в частных пансионатах Германии и Швейцарии, была вольнослушательницей Народного университета А.Л. Шанявского, где слушала лекции по философии Г.Г. Шпета, Г.А. Рачинского. Анастасия Цветаева была знакома с В.В. Розановым, Н.А. Бердяевым, которые профессионально занимались неортодоксальными духовными явлениями, философскими построениями феноменологии – проблемами смысла и значения.

Имя Анастасии Цветаевой как философа почти неизвестно в России, широким кругам интеллигенции она известна как писатель десятка книг, отражающих в основном жизнеописание, воспоминание в различные периоды ее столетней жизни. Большим спросом современного читателя пользуются книги, написанные в советский период ее «отсидки» за связь с масонами и ссылки в Сибирь в село Пихтовка Новосибирской области, где она провела более 10 лет. В 1922 году по рекомендации философов Н. Бердяева и М. Гершензона А. Цветаева была принята в Союз российских писателей. Она порвала свои связи с масонами и в 27 лет берет на себя обет духовного подвига аскезы, запрещающий все основные земные соблазны, и начинает свое духовное делание православной христианки, длившееся до конца отмеренного ей Богом пути.

Анастасия Цветаева в 1915 году опубликовала философскую книгу «Королевские размышления», в которой доказывает относительность любого знания перед лицом бесконечности, а бесконечность, в свою очередь, рождает чувство безнадежности, она даже отвергает жизнь, как наиважнейшую ценность на земле, допуская идею самоубийства. Интересные мысли излагает девушка-философ, которой всего-то двадцать лет, видимо, сказалось влияние немецкого мыслителя Ф. Ницше. Вторая книга прозы: «Дым, Дым, Дым» принесла ей известность, незадолго до смерти Анастасия Ивановна написала к ней философское послесловие, в котором изложила свое понимание духовной эволюции человека от детства с «его оглушающей новизной окружающего» к старости. Б. Пастернак в письме к своей жене Евгении дает такую оценку Анастасии: «У Марины Цветаевой есть сестра Анастасия. Она большая умница, писатель и только пишет прозу. Теперь она ударилась в набожность и смотрит как на грех даже на поэтическое творчество Марины. Она с большим красноречием возражала мне на самые скромные мои утверждения».

Написанные религиозно-философские книги А. Цветаевой, проникнутые ницшеанским духом, не могли быть опубликованы в советское время. Она отвергает все философские системы и даже свою собственную, последовательна в своем скептицизме. Вот ее оценка своим философским воззрениям: «Вся моя философская система сводится к констатированию бесконечности. Я в мою бесконечность вмещаю и Бога, и разум, априори, и эмпирический мир, пребывание и движение, я ни единого учения не отвергаю, я допускаю, что все они правы. Я допускаю (еще глубже), что действительно, прав кто-нибудь из них (хоть Кант, хоть Платон), но я говорю: вокруг этого бесконечность и от этого не уйти».

Раннее увлечение А. Цветаевой историей философии и особенно Ф. Ницше совершило поворот от привычного онтологического и гносеологического способов философствования к сухой теоретической рассудочности, к экзистенциальным проблемам жизненного мира сверхчеловека. Позднее она разочаровалась в антиномиях Ницше добра и зла, отвергла его идею сверхчеловека.

Пророк Заратустра Ницше, считает она, непоследователен в своих убеждениях и действиях, по ее мнению, нужно довести Заратустру до идеи «вечного возврата». С возрастом скептицизм и неверие у А. Цветаевой исчезают, она оптимистически заявляет: «На лесенке моей безнадежности я верю в людей! Никого не проклинаю. Подхожу к бездне и верю в людей. И если когда-нибудь полечу в бездну – все так же буду верить в людей».

В данном высказывании уже не отрицание, а утверждение духовного бытия жизни каждого человека, живущего на Земле. Анастасия Ивановна Цветаева прожила долгую жизнь. Остались ее проза, стихи (издан один сборник), десятки переведенных зарубежных авторов (она свободно владела пятью европейскими языками), ею написано 900 портретов женщинзаключенных за 20 лет, воспоминания, мемуарные очерки о писателях, книги: «Старость и молодость», роман «Созвездие Скорпиона», «Неисчерпаемое», «Моя Сибирь», «Московский звонарь» и др.

Духовное наследие Анастасии Цветаевой, одной из образованнейших русских женщин, как никогда, оказалось в 21-м веке востребовано. Великое удивляет нас, оно становится источником радостей, так как своевременно. «Литературная газета», №32 (август 2013 г.) дала информацию, что в городе Павлодаре открыт первый в мире музей писательницы Анастасии Ивановны Цветаевой.