# О душе и не только

Станислав Ломакин

## Станислав Ломакин

## История, поведанная в автобусе

Дачный автобус катил в сторону поселка Решетниково, впереди меня сидели две женщины пожилого возраста. Одна опрятно одетая не для работы на даче с небольшими паузами рассказывала историю жизни одной семьи, и я стал невольным слушателем монолога женщины, которая судя по словесной терминологии, имела в прошлом отношение к медицине. Во внешнем облике слушающей историю женщины было что – то странное и даже экстравагантное, поражающее пассажиров. Это впечатление укрепляют определенные физические признаки, как – то резкие повороты головы и частые сдержанные хихиканья, хотя для этого не было повода. Наверное, в молодости она привлекала к себе своей инфантильностю женщины – ребенка. Это представление определило с годами сознательное поведение и стало отражением ее истинных чувств. Женщина – рассказчица продолжала монолог. Понимаете Вера, вся их семья, возможно, за исключением Геннадия до третьего колена красивые, но несчастные. А как известно красивость не дополняется мудростью, смиренномудрием. Ты помнишь, у них была Анфиса, наша с тобой сверстница. Она была очень красива, с длинными белокурыми волосами, безупречными чертами лица, восхитительной фигурой. Ее черные большие глаза зажигали и покоряли мужиков, которые толпами ходили за ней. Она была сущая дьяволица, выбирала мужчин, которые не смотрели в ее сторону или притворялись, что она безразлична для них. Была трижды замужем и чем кончила? Ее надменная доминирующая позиция существования над мужчинами и телесными удовольствиями довели Анфису до войны со своими сексуальными чувствами. Чувства вмешивались в ее сознание, требовали удовлетворения, даже если за это приходилось платить сильным чувством вины. Для Анфисы любовь – это лейтмотив, ключевая метафора жизни, ее почти не интересовала духовная, душевная составляющая основу мужчины, да и всех окружавших ее людей.

Любовь она сравнивала с телесным мучительным голодом, что в христианстве называется похотью. Похоть на какое – то время могла утолить, но нельзя ее перебороть, пресытиться ею. Она не могла подавить похоть, плотоугодие, в результате возник конфликт, который мучил ее всю жизнь, и от которого не могла освободиться, оказавшись в больнице и не покинув ее до конца своих дней. Подобная участь грозит почти расщеплением личности, демоническое «Я» рано обнаружилось и у трех младших сестер Анфисы. В расщепленной личности возникают два противоречивых отождествления: в основе одного образ Я, другого – тело. Возникает Аномия, понимаешь Вера – это социологический термин, означающий отсутствие нормы или, что, на мой взгляд, предпочтительнее, бесформенность. Женщина с утонченным, умным лицом продолжала свой монолог: я на втором курсе аспирантуры серьезно занялась философией и социологией, не бросая медицину. Мне хотелось рассмотреть различие между больным, здоровым и цивилизованным образом мыслей и поведением чувства гармонии и единства с телом и природой. Из всей их семьи, пожалуй, только Геннадий выказывал определенную степень здорового человека, был в ладу со своим телом и чувствами, тесно был связан с природой. Как гармонировал Геннадий с обществом и природой, как его Я идентифицировало с телом и чувствами, что отличало его от других членов семьи, можно только прогнозировать, так как женщины не доезжая поселка Решетниково, сошли на своей остановке, а я продолжил путь, осмысливая услышанное…