## ПОСЛЕ БОЛЬНИЦЫ


Да что говорить...
После грустной палаты больничной,
Линялых халатов и серого — в рамах — стекла,
Мы словно воскресли в торжественном мире
античном,
Легко вознеслись в восходящих потоках тепла.
Когда же с высот опустились мы на землю жестко,
Когда осмотрелась хлебнувшая неба душа,
Обычный народ тормозил у пивного киоска
И дюжий дружинник за шалость ругал малыша.
А чем недовольны и этот, уставший от жизни,
Охрипший прораб и малярша — картошкою нос?
Ах, ладили базис манящих вершин коммунизма,
Но — гиблое дело! — бетон самосвал не подвез.
А робкий студентик с подругой, похожей на мышку,
Купивший на мелочь последний с минтаем пирог?
А этот кричавший на грязной реке катеришко?
Он требовал чалку. И смолк. Докричаться не мог.
Больная страна. И сограждане — чаще — больные.
В почетных могилах укрыты от гнева вожди.
Кончается век. Открываются точки пивные.
Бетон не подвозят. И сеют заразу дожди.
Какая тоска! И что делать, тоску наблюдая?
Опять в небеса? И опять мы взорлили вольно —
Над всем, что стряслось, и что в будущем
нас ожидает,
Но это — о радость! — хоть это нам знать не дано.

1983