# Первый парень на деревне

Л. К. Иванов

### Невеста на вырост

Срок действия освобождения сына от армии по состоянию здоровья заканчивался, и требовалось придумывать что-то новое. Таисия Сергеевна была не из тех, кто ищет варианты, когда жареный петух хоть еще и не клюнул, но уже нацелился своим клювом в больное место. Она любила все предусматривать загодя. Правдами и неправдами добывая медицинское заключение о шатком здоровье своего чуть не двух метров ростом и ста с лишним килограммов весом чада, она знала, что чеченские события могут потребовать новобранцев и со слабым здоровьем, пусть не в «горячую точку», но все равно из-под родительского крыла в солдатскую казарму. Институт как гарантия отсрочки от армии отпадал сразу, поскольку и девять классов ее отпетому лодырю удалось закончить только из-за того, что сама работала в школе завучем. Но оставался еще один законный вариант – женитьба и рождение детей, одного за другим с интервалом не более трех лет.

Как только сынок достиг совершеннолетия, ему срочно подыскали скромную невесту из провинции, сыграли свадьбу. Но молодая жена вдруг заартачилась и не захотела в юном возрасте сразу же обременять себя детьми. Убеждения не помогали, и при помощи приятельниц брак в срочном порядке и без особого труда расторгли, непослушную жену посадили в автобус и спровадили в Курган, в сторону родительского дома.

Потребовалось срочно искать замену. Собственно, далеко искать не пришлось. У коллеги, живущей в доме по соседству, старшенькая – умница, красавица, скромница, не избалованная большим достатком семьи – подходила на эту роль как нельзя лучше. Оставалась лишь одна загвоздка – девочке только что исполнилось шестнадцать. Мать ее, как только Таисия Сергеевна заикнулась о том, чтобы породниться, лишь испуганно замахала руками, не желая заводить на эту тему разговоры. Во-первых, еще мала, во-вторых, надо дочери дать образование, и, в-третьих, после недавнего обследования врачи не то что рожать, рекомендовали ради профилактики возможного заболевания не торопиться начинать половую жизнь, а самое главное – мужа для Леночки хотелось совсем не такого.

Но Таисия Сергеевна – женщина напористая и от задуманного отступать не привыкла. Вариант ей показался самым желанным из всех возможных, время не ждало, требовалось действовать решительно. С Леночкой, благо с матерью разве что не подруги, стала заводить разговоры о жизни, забегала вечерами поболтать с матерью, которая была для своих дочерей их лучшей подругой, приглашать к себе под предлогом помочь по мелочам. И такие приглашения звучали все чаще.

Когда Леночка однажды вечером из-за какого-то пустяка вдруг вспылила, взяла собаку и вышла с ней погулять во двор, ни мать, ни отец, ни тем более сестры не могли предполагать, что она ушла из семьи навсегда. Девочка не вернулась и через два часа, и тогда родители начали серьезно волноваться, хотя дрессированный дог мог защитить от большинства из подстерегающих в вечернем городе опасностей. Еще через некоторое время начали звонить бабушке, подругам, потом и Таисии Сергеевне. Та сочувственно поохала, дала несколько ничего не значащих советов и положила трубку.

Отец Леночки Алексей работал в милиции, и вскоре без официального объявления розыска к поиску девочки были подключены почти все патрульные машины. В тревоге и смятении прошли сутки, вторые... Девочка с огромной собакой будто канули в воду. И в это время обезумевшее от горя материнское сердце будто подсказало Инне сходить поговорить с Таисией Сергеевной.

Дверь открыл Сергей и сообщил, что родители два дня назад уехали в Башкирию к бабушке, а он про Леночку абсолютно ничего не знает. И тут, узнав голос хозяйки, залаял запертый в ванную комнату Джек. И тогда Инне пришла в голову мысль, что с ее дочерью случилась страшная беда, что она полуживая лежит в какой-то больнице, а от родителей добрые люди просто скрывают страшную трагедию до того, как дочь придет в сознание. Вконец обессиленная, инвалид второй группы по состоянию сердечно-сосудистой системы, она почти без сознания рухнула в прихожей на табуретку и потребовала рассказать всю правду.

Сергей с бегающими по сторонам заплывшими жиром глазками сказал, что когда он пришел с дежурства (отец, подполковник, устроил его в охранную фирму), дома никого, кроме собаки, не было. Инна, хватаясь за сердце, побежала к старшей сестре Сергея в надежде выведать пусть самую страшную, но правду. Та ничего нового не сообщила, и даже после настойчивых требований и настоящей мольбы не могла вспомнить адрес своей башкирской бабушки, у которой прожила до пятнадцати лет.

И тут у Инны возникло озарение – да ее дочь просто-напросто похитили! Алексей адрес бабушки по своим каналам в милиции выяснил быстро, и через неделю дочь-заложница была дома. Но в семью вернулся совершенно другой человек. Как потом выяснилось, неделя массированной психологической обработки с колдуньями, наговорами, гаданиями и прочей белибердой будто подменила общительную и веселую Леночку. Девушка наглухо замкнулась.

А через пару месяцев младшая дочь прибежала домой и с порога выпалила: «А нашу Ленку увезли жениться! Она в белом платье с Сережкой в загс поехала!» У Инны стало плохо с сердцем...

Как же так, сокрушалась она. Ведь дочь раньше всегда делилась даже пустяковыми девичьими секретами, а тут ни словом не обмолвилась о замужестве! Да и какое там замужество в шестнадцать лет? И сама девочка, и Таисия Сергеевна знают о запрете врачей! Да не может быть, чтобы ее Леночка решилась на такой шаг, да еще тайком от родителей! Да и Таисия Сергеевна ведь не чужой человек, вместе работали, чуть не подруга, не могла же пойти на такую подлость.

Оказалось, могла. Когда через час Инна позвонила в квартиру Сарайкиных, там было полно гостей. И сердце будто опустилось – значит, не ошиблась младшенькая, значит, действительно Ленку выдали замуж. А новоиспеченная сватья издали показала раскрытый паспорт дочери со штампом о регистрации брака и заявила, что теперь Леночка уже Сарайкина и что родители на нее прав больше не имеют, поскольку есть у девушки законный супруг. И выставила мать невесты за дверь. Дочь было кинулась следом, объясняться, успокаивать, но свекровь встала в дверях и заявила, что если молодая сейчас выйдет, то – навсегда, а вообще как законная супруга она должна жить теперь у мужа и повиноваться только ему, а не своим родителям.

Через некоторое время родители Леночки наконец пришли в себя от вероломного поступка Таисии Сергеевны и начали собирать документы на признание брака недействительным. И тут выяснилось, что, имея подруг в органах опеки, загсе и областном департаменте, Таисия Сергеевна по телефону за один лишь обеденный перерыв сумела организовать документ, которым по сути лишила родителей Леночки всяческих на нее прав, получила разрешение на снижение брачного возраста и безотлагательно назначила день регистрации брака.

Подделки документов не было. Все они являлись подлинными, имели юридическую силу, потому что подписаны были по всем правилам ответственными за то должностными лицами. Но имели и одно слабое место – суд обнаружил одну и ту же дату на ходатайстве о снижении брачного возраста, написанном будто бы отчаявшейся до слез девушкой, выданном по этому заявлению разрешении без принятого в таких случаях обследования комиссии, то же самое число и на других документах органов опеки и администрации округа. За некоторых руководителей, дабы не посвящать в дело лишних людей, расписались сами подруги и приятельницы.

Пока неторопливое, загруженное делами судопроизводство готовило к рассмотрению исковую жалобу Инны, ее подруги-адвокаты заполучили копии тех состряпанных впопыхах документов. Леночка со своим молодым супругом к тому времени уже жила в снятой его родителями квартире и без ежеминутного психологического воздействия свекрови начала осознавать нелепость и жестокость совершенного по отношению к родителям и сестрам поступка. Между тем, готовясь к суду и триумфальной своей победе, Таисия Сергеевна снова подключила всех своих подруг и приятельниц для массированной атаки на новоиспеченных родственников.

Классную руководительницу Леночки пытались заставить переписать характеристику, в которой была бы отражена тягостная обстановка у нее дома. Та проявила по отношению к завучу строптивость и не захотела кривить душой. Третировать стали младших сестер. У одной из них из-за постоянных пустяковых придирок в школе вдруг обнаружилась язва желудка, вторая слегла с нервным срывом. На грани умопомешательства и самоубийства оказалась и сама Инна.

Она воспряла духом, лишь когда суд признал все ее требования законными и обязал выплатить компенсацию за причиненный моральный ущерб. Матери. Об исковерканной судьбе несовершеннолетней девочки речь вообще не шла, хотя ее по сути заставили отказаться от родителей, бросить учебу в университете до начала экзаменов первого же семестра, пережить тяжелейшую психологическую травму из-за раздутого донельзя конфликта.

Более того, ее, осмелившуюся ослушаться свекровь и не захотевшую лить грязь на родителей, вообще выгнали из дома. Вместе с родившимся к моменту судебного заседания ребенком.

Заведующая бюро ЗАГС Центрального административного округа города Тюмени Светлана Гришина утверждает, что их организация действовала тогда в строгом соответствии с представленными органами опеки и попечительства документами.

Состряпавшая впопыхах те самые документы сотрудница отдела опеки и попечительства сочла за благо сменить работу и потому не понесла никакого наказания. Таисия Сергеевна тоже ушла из школы и возглавляет теперь один из подростковых клубов города, в меру своих сил и способностей занимаясь морально-нравственным воспитанием школьников. А, возможно, заодно присматривает среди прилежных своих воспитанниц невесту на вырост для своего любящего молоденьких девочек сыночка. Он тем временем, вскоре после второго развода, с двумя друзьями силой увезли на чужую дачу случайно подвернувшуюся их пьяной компании девочку-подростка, трое суток измывались над ней, избивали, насиловали и теперь отбывают срок в колонии строгого режима сразу по четырем статьям Уголовного кодекса. Так что к освобождению ему молодая жена будет очень даже кстати.

> Все имена главных действующих лиц этой неприглядной истории изменены. Подлинные фамилии «героев» и материалы суда руководителям местной власти хорошо известны, и потому при желании административные меры могут быть приняты. И не только по данному конкретному случаю, а во избежание повторения ситуации в этом или другом городе.