# Одноухий

Михаил Андреевич Лесной(Зверев)

## Михаил Лесной. ОДНОУХИЙ


## ГУЛЯ


Собирая землянику, я ушёл далеко вперёд. Вдруг услышал возню и лай Шарика. Пёсик хрипел, задыхался от злобы. Я подбежал к нему и увидел, что какой-то рыжеватый зверёк, похожий на обрывок ремня, подскакивает в траве. Собака остервенело набрасывалась на него, старалась схватить, но всякий раз отскакивала, точно ужаленная. А маленький зверёк со змеевидным тельцем издавал звук, похожий на треск, — как-будто кто переламывал сухие лучинки, — и продолжал храбро наступать на пса. На морде Шарика уже показались капельки крови, и он время от времени фыркал и потряхивал головой, так как многочисленные ранки, видимо, причиняли ему беспокойство.

Я хотел отогнать собаку, но сделать это мне долго не удавалось. Раненый и обессиленный зверёк продолжал нападать на Шарика до тех пор, пока я не схватил пса за ошейник и не оттянул в сторону.

— Это ласка, — сказал подошедший лесник.

Дорогой он мне рассказал:

— Иду я раз по Лосиному заказу. Вдруг в стороне сорвался глухариный выводок. Гляжу: через поляну пролетает глухарка и прямо на меня. Только летит как-то неровно, с перебоями, точно время от времени попадает в воздушные ямы. Потом хлопнулась о землю и забилась в судорогах. Подбежал к ней, а от неё в сторону прыгнула ласка, вот эта самая зверюшка. Подкравшись, она, значит, вцепилась в птицу, поднялась с нею на воздух и там перегрызла ей горло.

Дома я рассказал про встречу Шарика со зверьком, повторил рассказ лесника и, к своему удивлению, услышал:

— А у шмелёвского учителя, Ивана Ильича, уже три года живёт ручная ласка.

Я никак не мог себе представить, что такую невероятную злючку можно приручить.

На другой день отправился в Шмелёво.

— Нельзя ли посмотреть вашу диковинку? — спрашиваю Ивана Ильича.

— Отчего ж нельзя? — отвечает он. — Можно.

— Где же она?

— Да вон из-под печки выглядывает.

Действительно, из чёрной дыры блестели любопытные глазки. Они как бы спрашивали: «Кто пришёл?»

Учитель рассказал, что года три назад его собака вырыла из норы гнездо ласки. Трёх слепых ласчат сын Коля подложил к только что родившимся котятам. Кошка кормила приёмышей наравне со своими детёнышами, но из трёх ласок выжила только одна…

— Гуля, Гуля, пойди сюда! — поманил её Коля.

— Её Гулей зовут?

— Да, — смеясь, ответил мальчик. — В школе у нас есть одна девочка. Зовут её Гулей. Такая любопытная: всюду нос суёт. За это не раз в стенгазету попадала. И наша Гуля такая же. Стоит дверью скрипнуть или стукнуть, как она сразу высунет из-под печки нос, как бы спрашивая: «Кто пришёл? Что случилось?»

Жена учителя зачем-то открыла сундук, а Гуля уже тут как тут: села на край его и заглядывает внутрь, нет ли чего интересного.

Когда хозяйка стала раскладывать ножи и вилки по тарелкам, Гуля сначала насторожилась, а затем забралась к хозяйке на колени. Сидит и смотрит, нельзя ли чем поживиться. Ей бросили кусочек мяса, она мигом утащила его под кровать.

— Однажды, — рассказал мне учитель, — Гуля убежала из дому. Мы решили, что больше не вернётся. Но она утром возвратилась с ящерицей в зубах. После этого ласка стала часто уходить на «охоту» и каждый раз обязательно что-нибудь приносила: то ужа. то голубёнка, то хомячонка, то крота.

— Сейчас у нас в доме нет ни одной мыши, — заметила хозяйка. — Всех Гуля уничтожила. Только ночью с ней беспокойно: любит лазать по столам, шкафам и этажеркам. Как-то Гуля сорвалась с лесенки, которая ведёт на чердак, и упала в бак с водой. Коля даже вскрикнул от испуга, боялся, что ласка утонет, а она плавает себе как рыба, да ещё нырять начала, не хуже утки.

— Сейчас мы с Гулей почитаем! — сказал учитель и раскрыл взятую с этажерки книгу.

Ласка мигом вскарабкалась к нему на плечо и деловито уткнулась мордочкой в страницу.

За «чтение» она получила лакомый кусочек.

Привязав к комку бумаги нитку, Коля стал тянуть его по полу, как обычно делают дети, играя с котятами. Заметив движущийся белый клубок, ласка бросилась к нему стрелой и с такой силой ударила его когтями, что во все стороны полетели мелкие обрывки бумаги.

— Злая она? — полюбопытствовал я.

— Да не сказал бы этого, — ответил хозяин. — Правда, как-то раз укусила Колю, когда он ей лапку придавил, обычно же злости не замечал…

Уходя от Ивана Ильича, я заметил, как блестели из-под комода провожавшие меня любопытные глазки Гули.