# Первый парень на деревне

Л. К. Иванов

### Мы живем в середине зимы

> Теплая зима и ранняя весна вновь пробудили интерес к проблеме глобального потепления.

Прогнозы грядущего Всемирного потопа из-за таяния льдов стали делать даже ученые, а некоторые из них заговорили о затоплении Санкт-Петербурга и части территории Западной Сибири. Чтобы прояснить ситуацию, мне пришлось встретиться с главным специалистом России в этой области, ученым, которого признает в качестве одного из самых авторитетных мерзлотоведов мировое научное сообщество, академиком РАН Владимиром Мельниковым.

Доктор геолого-минералогических наук, профессор, заведующий кафедрой криологии, директор института криологии Земли СО РАН, председатель Тюменского научного центра Сибирского отделения РАН – это лишь малая часть степеней, званий, должностей Владимира Павловича. Он участвует в работе координационных и научных советов РАН, совета РАН по наукам о Земле, научного совета РАН по изучению Арктики и Антарктиды, является членом общественной палаты РФ, членом Королевской академии наук Бельгии, председательствует в различных общественных и научных сообществах. А еще – всю жизнь занимается изучением мерзлоты, став продолжателем дела своего отца, тоже академика РАН.

Владимир Павлович родился в Москве, но много лет прожил в Якутии, поэтому с вечной мерзлотой знаком не из учебников и научных статей. Являясь признанным специалистом в области геокриологии, геофизики, экологии криосферы Земли, написал около двухсот научных работ, в том числе более десятка монографий, имеет свыше двадцати авторских свидетельств и патентов. И на основе своего богатого опыта прогнозы метеорологов о предстоящем потеплении в среднем от 3 до 5 градусов считает утопией.

Это просто обычный цикл

– У климата есть циклы, – начинает разъяснять Владимир Мельников. – С начала прошлого века и до Второй мировой войны было потепление Арктики, пик пришелся на 1935-42 годы. А потом начался очень серьезный цикл похолодания, и длился он до 1975-76 года. Потом опять начался цикл потепления. И вот конце похолодания в свет вышла книга очень серьезного ученого, в которой он утверждал: следующий ледниковый период уже наступил, и задавался вопросом, а сможет ли человечество этот период пережить.

Та книга многих в Америке встревожила. Те люди, что жили в Калифорнии, почувствовали, что действительно больше стало туманов, больше дождей, и начали переезжать в штаты с более благоприятным на то время климатом. Но тут началось потепление. И ученые опять откликнулись на этот цикл своими прогнозами. Нередко – даже устрашающими. Не удержался от ужасных предсказаний даже лауреат Нобелевской премии Альберт Гор, выпустив толстенный фолиант «Неудобная правда, или Глобальное потепление и как остановить планетарную катастрофу?».

И если внимательно проследить эти высказанные в разные годы прогнозы, то получится, что одна книга одного видного ученого предсказывает мировую катастрофу, связанную с глобальным похолоданием, а другая – катастрофу, но уже связанную с глобальным потеплением.

Мельников и его единомышленники считают, что в настоящее время происходит самый обычный цикл, связанный с потеплением, которое должно смениться похолоданием. Это потепление идет с 1975 года и вот-вот закончится.

– По нашим прогнозам, – говорит академик Мельников, – это потепление вскоре закончится и начнется резкое похолодание, а к концу XXI века ожидается очередное потепление, еще более сильное, чем сейчас.

Расхождения в прогнозах Владимир Мельников объясняет тем, что многие прогнозы составляются на основе моделей, а они не совершенны, поскольку не имеют достаточно точной информации. Сам же он и его единомышленники опираются в своих расчетах на многолетние, даже многовековые наблюдения.

В летописях и различных источниках, в том числе рисунках на стенах пещер, – продолжает рассказывать академик Мельников, – имеется информация, которая помогает установить, что же на планете происходило раньше. На основе этих документальных свидетельств мы знаем, что был малый ледниковый период с XIV века до наполеоновской войны, великая смута в России тоже была приурочена к резкому похолоданию. Есть очень интересные работы по галактическим циклам, и они говорят, что мы сейчас находимся в условиях галактической зимы, которая длится 35 миллионов лет. Так что до галактической весны нам еще очень и очень далеко, а поэтому о возвращении климата к временам динозавров мечтать пока не приходится. 10-11 тысяч лет назад был ледниковый период. Потом на планете на 2-3 градуса потеплело, и мы теперь находимся в межледниковом периоде. История утверждает, что катаклизмы природы, которые мы наблюдаем в последние годы, как раз и происходят в такие межледниковые периоды. Это увеличение количества штормов, это цунами и торнадо, землетрясения и тому подобное. Это как раз признаки перехода от одного периода к другому. Это как раз есть еще одно свидетельство того, что мы приближаемся к другому циклу.

Ледовое побоище

Свои объяснения происходящего на Земле академик Мельников сопровождает демонстрацией различных книг и показывает еще одну. Называется она «Ледовое побоище» и описывает ситуацию, что развернулась в мире вокруг Северного Ледовитого океана. Всем хорошо известно, какие богатые запасы углеводородного сырья обнаружены в Арктике. Северный Ледовитый океан оказался самым богатым на углеводородные ресурсы. А использовать их хотят все, даже те страны, которые расположены от берегов океана на многие тысячи километров.

Когда известный полярник Артур Чилингаров с командой во время недавней экспедиции спустился на Северном полюсе на дно, это вызвало в мире очень бурную реакцию. И хотя это погружение было больше символическим, заговорили, что русские снова захватывают территории. Правда, экспедиция сделала заявление, что подняты образцы грунта, и эти образцы подтверждают, что хребет Ломоносова является продолжением нашего континента.

– Это открытие, – продолжает Владимир Мельников, – вызвало огромный резонанс в мире, поскольку продолжается раздел территории океана, ведь в 1982 году вступили в силу положения конвенции по морскому праву о 200-мильной зоне прибрежных государств. Поэтому нам выгодно показать, что хребет Ломоносова действительно является продолжением нашей континентальной части, а значит, мы имеем больше прав на добычу полезных ископаемых. Американцы в эту конвенцию тогда не вошли, но обнаруженные огромные запасы углеводородного сырья их тоже подталкивают к вступлению. А остальные государства более цивилизованно делят эту территорию. Россия подала заявку со своими обоснованиями и правами, в первый раз заявка не прошла, теперь запрос сделан повторно. И надо сказать, что обоснованность наших притязаний исследуют многие институты мира. У нас претензии действительно большие. Мы надеемся увеличить свои территории на 1 миллион 200 тысяч квадратных километров. Американцы тоже устремились, но у них в Арктике нет таких секторов, как у Норвегии, Дании, Канады, России, и в этом случае они лишаются права на владение секторами хозяйствования в арктической зоне, поскольку и Аляска в эту зону практически не входит, лишь чуть-чуть к ней примыкая. Строение дна там совершенно другое, но американцы доказывают, что они имеют на арктические территории больше прав, чем сегодня.

Тайны доисторического мира

Антарктида, по словам академика Мельникова, пока вне подобных притязаний, хотя Америка там присутствует очень мощно. А наше присутствие в Антарктиде приходится на самые суровые ее территории, в том числе и полюс холода, где температура опускается до минус 80 градусов. Но наши ученые в 1957 году открыли под толщей льда в три с половиной километра очень большое озеро Восток. Теперь это подтверждено уже и американцами, с применением космической техники. Там бурится скважина, осталось пройти буквально несколько десятков метров, но работа приостановлена. Причин тому несколько. Одни ученые боятся, что мы при бурении внесем свои бактерии в ту среду, которая представляет огромный интерес для науки, поскольку хранит загадки 30 миллионов лет, другие вполне обоснованно встревожены, что там могут быть неизвестные миру бактерии, которые могут нести угрозу существующей цивилизации.

Но наряду с возможной угрозой то антарктические озеро может представлять для человечества и огромную пользу. Так, несколько лет назад сотрудники Тюменского института криологии Земли и кафедры криологии Тюменского нефтегазового университета обнаружили в толщах вечной мерзлоты в Якутии простейшие микроорганизмы и начали с ними работать.

Из древних пород мы взяли пробы, – рассказывает Владимир Павлович, – обнаружили там ранее неизвестные науке бактерии, которые оказались жизнеспособными. Если бактерии столь долгое время сохраняли свою жизнеспособность, значит, существуют какие-то механизмы поддержания этой жизнеспособности. Сейчас наши умы направлены на поиск этих механизмов. Как всегда, опыты начинаются с простейших. Вот и мы начали испытывать эти бактерии на инфузориях, на мышах, начиная подпитывать их организмы. Нам удалось продлить жизнь мышам на 20-30 процентов.

– До этого, – продолжает академик, – мы совместно с новосибирскими учеными детально изучали проблему стволовых клеток и дошли до очень серьезных результатов. Обнаружили антибактериальные свойства клеток, и теперь, используя их, можно лечить такие раны, какие раньше даже теоретически предполагать не могли. Теперь при помощи стволовых клеток это уже делается. Мы создали гели, мази, то есть лекарства на основе стволовых клеток, которые успешно применяются. И, естественно, захотели посмотреть, а не обладают ли такими же свойствами древние бактерии. И что вы думаете? Оказалось, что они имеют почти такие же свойства. Нас это обнадежило, хотя мы взяли для изучения всего лишь одну бактерию. А сколько их может быть всего, и сколько еще таких тайн хранится в той же вечной мерзлоте? Мы взяли только одну бактерию, только в одной точке. А ведь только в нашей стране территория на 65 процентов покрыта вечной мерзлотой. И везде есть свои условия, так что в этом направлении все открытия еще впереди.

Однако наряду с сулящими миру продление жизни и лечение ран бактериями одновременно с потеплением климата возникает и реальная проблема вытаивания древней биоты. Ведь за последние годы оттаяло около полутора миллионов квадратных метров льда, а вместе с тем на север уже на десятки километров отодвигается и граница вечной мерзлоты. Что она столетиями хранила в себе? Сколько на протяжении истории человечества было во время эпидемий захоронений, подобных тобольскому скотомогильнику со спорами сибирской язвы? И если все это оттает, то это явно потребует определенных мер безопасности.

Стали прислушиваться

Владимир Мельников утверждает, что в последнее время ученых стали слушать.

– То, что происходит в период потепления в континентальной части, ни пером описать, ни словами сказать, – возмущается академик. – Период потепления в связи с тем, что российский север содержит 75 процентов природных богатств, совпал с резким увеличением натиска на природу Арктики, на побережье. Поскольку газ теперь добывать планируется в шельфовой зоне, мы бьем тревогу. Сегодня резко устарели строительные нормы и для строительства трубопроводов, и для гражданских и промышленных сооружений. А те институты, которые за это отвечали, или просто исчезли, или сохранили только вывески. Исчез практически и Госстрой, который отвечал за политику в строительстве. И по существу нет того органа, который бы контролировал, а как же ведется строительство. Особенно – в северных широтах с их спецификой. В своем докладе на форуме я как раз и показывал страшилки, что существуют практически по всей территории Арктической зоны, там, где есть какие-то сооружения, есть нарушения. Они идут от экономии на изысканиях, от того, что в тендерах выигрывают организации, которые не имеют никакого опыта работы и даже представления о работе в условиях вечной мерзлоты. И потом мы на этом теряем колоссальные ресурсы.

Мельников приводит пример, который озвучил и на недавнем представительном форуме с участием президента, это Норильский промышленный район, где с 1990 по 2000 год было снесено около 300 зданий в результате растепления оснований.

– А ведь Норильск – это была гордость наших ученых, – продолжает академик. – В 40-х годах там были начаты разработки строительства в условиях вечной мерзлоты, когда начал меняться менталитет ученых, что мерзлота не враг, а криогенный ресурс, который может использоваться в интересах человечества. А сегодня везде, где есть трубопроводы, есть факты их всплытия. Причем даже на новых участках. А это примеры того, как нельзя было строить. На конференции обсуждали вопрос: соперничать или сотрудничать в Арктике. И конференция однозначно ответила: «Сотрудничать!». Даже исследования Арктики нам самим сегодня не по силам. И чем активнее будем сотрудничать, тем меньше будет спорных вопросов.