# Светит Русь святым созвездьем

Елена Германовна Русанова

## ЕЛЕНА РУСАНОВА. Светит Русь святым созвездьем


РАССКАЗЫ

СТИХОТВОРЕНИЯ

ПОЭМЫ


## Отец Валериан

— Кондратьевна, перестань калякать! Дома наговоришься, — строгим взглядом одарил отец Валериан седенькую старушку, раскладывая помянники и записки на панихидном столе.

«Смиряет», — с теплотой в сердце отметила для себя Кондратьевна, самая активная и незаменимая трудница Свято-Никольского храма.

Панихида ещё не началась, а тут вдруг Серафимушка — сто лет её не видели в этом краю — приковыляла на больных ногах и опустилась на скамью.

— Нынче у Петра моего день памяти. Пирожков с прошлогодней ежевикой напекла. Помяни уж и ты, раба Божия, моего Петеньку, — зашептала Серафима. В этот момент батюшка и решил навести в храме порядок из профилактических соображений.

Сегодня кого только на обедню не привёл Господь. И Николаевы из румынского села, и Петр Валентинович, давнейший покровитель и благодетель отца Валериана из районного центра, и городские, незнакомые, воцерковленные, судя по всему, люди, и Лемеховы, у которых после обеда намечено венчание. Молодожёны с многочисленными своими родственниками и друзьями раньше назначенного времени в храм прибыли. Так что самое время сделать Кондратьевне публичный выговор, как бы не загордилась старушка: всё хозяйство церковное на ней держится, ещё и певчая она. Непросто человеку в храме работать, со всех сторон враг нападает.

— Помолимся, братья! — обратился к собравшимся отец Валериан.

«Редкое воскресенье панихиды не служим, а каждый раз боль такая неимоверная, как дойду в списке до имён мужиков наших, безвременно дни свои скончавших. И всё растёт этот список, не останавливается. В прошлом месяце Лидия Фёдоровна последнего сына потеряла, Сашку. Каково родителям — не радость от детей получать, не слово доброе и помощь, а думать, как и на какие средства могилки надежд своих несбывшихся в Божеский вид привести? Мы бы, наверное, с матушкой не пережили такого горя, если бы Сашка наш…» — размышлял по временам отец Валериан.

У Лидии сын крепкий был, с молодых лет так выпивал, что другой бы на его месте до тридцати не дожил. Но всему есть предел. Ничего особенного не произошло: как обычно, захотелось ему после крепкой бутылочки сетку свою за малым островом посмотреть. Утром только тревогу забили. Искать стали рыбаки — и в четырёх километрах лодку Сашкину обнаружили. А около неё — на дне уже — самого хозяина лодки. Сердечный приступ унёс из жизни такого рыбака, каких теперь поискать. Косая сажень в плечах, поступь богатырская…

«Вон, вижу, Серафимушка на службу пришла. Ей бы почаще в храме бывать: муж и три сына уже в земле. Все рыбаки — и всех зелёненькая извела», — пронеслось в голове отца Валериана.

Батюшке за вечерним чаем с веранды видно, как то и дело к сельскому магазину подруливают мужики и парни на машинах и мотороллерах. И все почитают выпивку как святое дело.

Родился отец Валериан в этом речном селе сорок два года назад. Бабушку имел верующую, она-то ему и передала любовь к Богу и храму. Всех односельчан знает батюшка, будто своих родных, историю жизни каждого рассказать может. Протянулось село по берегу одного из широких волжских рукавов, до Каспия — рукой подать. Какие бы времена тяжёлые ни приносил ветер перемен, река всегда была поддержкой и опорой бедному жителю. Рыбаку с голоду не умереть. Правда, ухой из красной рыбы и чёрной икрицей давно не утешается местный народ, а когда-то принималась такая радость как должное.

Давно поселились люди на берегу реки. И теперь плодородное это место. Раскидистые яблони во дворах и палисадниках — яндык — в урожайные годы большое подспорье для умелых хозяек. И варенье, и пастила, и повидло, и сушёные яблочки для зимнего компота. Овощи растут при речном поливе как нигде, зима короткая. Магазинов несколько. В город хочешь — маршрутка за два часа домчит. В таких благодатных местах почти райской жизнью жить можно. Только для этого крепкий стержень надо иметь. А где его взять, этот стержень, если у нас с детства ложное мировоззрение?

Когда отец Валериан ещё мальчишкой был и храма сельские жители не имели, известно стало из одного тайного источника, что ребёнок последний у Славиновых (то есть будущий отец Валериан) непростой, не от мира сего уродился. В то время как его погодки гордо вышагивали с красными галстуками и ленинскими идеями, поднимали пыль на футбольном поле, ныряли с баржи и дебаркадера, внучок Ксении Васильевны прятался в пустой коровник. Там в полном одиночестве устраивал он себе «алтарь», какие обычно в храмах бывают, и служил Божию службу.

Всю свою жизнь посвятил отец Валериан родному селу. Сначала создал небольшую общину из нескольких старушек. Бросил клич — и понесли они свои сбережения на строительство храма. Малая это толика… Но год за годом прибывало помощников у скромного батюшки — и выстроил он свой каменный Свято-Никольский храм. С детства об этом мечтал. Правда, службы ему долго ещё придётся в нижнем приделе совершать, но это уже дело времени и как Бог даст.

Хочется отцу Валериану, чтобы все жители родного села вернулись наконец, как блудные дети, к Отцу своему Небесному. Подолгу усердно молится он на службах, перечитывает такие стопы записок о здравии и за упокой — заезжие богомольцы диву даются.

— Кондратьевна, как мне к батюшке подойти? Помоги! — в растерянности обратилась к старушке после окончания службы директор школы Антонина Ивановна. — Андрей мой вчера в райцентре с ребятами чью-то получку отмечал, по дороге домой разбился на мотоцикле…