# Созвездие русских мыслителей

Станислав Константинович Ломакин

## Станислав Ломакин


## СОЗВЕЗДИЕ РУССКИХ МЫСЛИТЕЛЕЙ


## ПОЭТ-МЫСЛИТЕЛЬ

> «Искусство есть одно из средств единения людей».

> Л. Н. Толстой

Создавая целостную картину мира, ученые через духовность человека, символы реальности, «внутреннее Я», самость пытаются определить смысл жизни отдельного человека, ответить на вопросы: зачем он живет, найти и четко обозначить, каково его предназначение в жизни. Эти вопросы волновали выдающегося поэта-философа Иванова Вячеслава Ивановича (1866–1949 гг.). Он родился в Москве в семье землемера, мать происходила из духовного рода и своей религиозностью оказала на сына большое влияние. Обучаясь в гимназии, Иванов проявил интерес к древним языкам и со временем стал настоящим полиглотом: свободно говорил и писал на девяти языках. Гимназию Вячеслав окончил с золотой медалью, учился на историко-филологическом факультете Московского университета. Образование продолжил в Берлине, написал диссертацию под руководством знаменитого историка древнего мира Т. Моммзена В России издана книга «История Рима» Т. Моммзена, ставшая учебником для студентов исторических факультетов многих поколений, книга, принесшая ее автору всемирную славу и Нобелевскую премию. Иванов, серьезно занимаясь античной культурой, одновременно погружается в философские произведения славянофилов, Вл. Соловьева, Ф. Ницше, предопределивших мотивы его поэзии. В одной из записных книжек Иванов вспоминал: «Как только я очутился за рубежом, забродили во мне искания мистические, и пробудилась потребность осознать Россию в ее идее. Я принялся изучать А. Хомякова и Вл. Соловьева». Современников поражала эрудированность, энциклопедическая образованность поэта, философа Поиски жизненного предназначения привели его к идеям христианского единения людей и спасения мира путем приобщения к культуре. Философ считает, что искусство должно прославлять мироздание и Творца, роль художника ― отражать действительность, он не является святым, поэтому не может изменить мир. Вернувшись в Россию, Иванов сближается с А. Блоком, А. Белым, Н. Бердяевым, активно участвует в деятельности петербургского Религиозно-философского общества, становится виднейшей фигурой в кругу символистов как философствующий поэт, теоретик символизма, драматург, переводчик.

Поэт считает, что символы ― это намеки реальности, не выразимой в словах; они дают повод для возникновения мифов, выражающих истину в форме образов. Символизм, по мнению философа, актуализирует таинство реального бытия, двигаясь от видимой реальности вещей к их внутренней и более сокровенной реальности. Символист-реалист, преемник творческих усилий мировой души, открыватель Божественного откровения. Русский символизм родился из той же культурной подпочвы, что и русская религиозная философия того времени. Поэт, по утверждению Иванова, ― «религиозный устроитель жизни», а религия ― «чувствование связи всего сущего и смысла всяческой жизни». В венке сонетов поэт молвит о молнии, зажженной в два ствола:

…Мы ― два в ночи летящих: метеора,
Сев дальних солнц в глухую новь племен;
Мы ― клич с горы двух веющих знамен,
Два трубача воинственного сбора.
Так мы летим (из наших нимбов мгла
Пьет лала кровь и сладость изумруда) ―
Одной судьбы двужильная стрела…

Поэтическая философия ученого, за которой стоит личность мудреца и его отношение к поэзии как одному из высших способов познания, напрямую связывает его с литературой, историей, психологией, объединяет пафос творчески инстинктивного начала жизни и онтологической природы творческого акта. Философия творчества Иванова, по его признанию, символическая, раскрывающая во всех явлениях связь сущего и «знамения иной действительности». Свою эпоху мыслитель рассматривал сквозь призму творческого сознания, в рамках сдвига в глубинах культуры, отпадения ее от религиозного корня. Философские работы мыслителя «Эллинская религия страдающего бога», «Переписка из двух углов», «Борозды и межи», «По звездам», «Достоевский», «Скрябин», «Родное и вселенское» затрагивают проблемы, касающиеся истории и цивилизации, кризиса гуманизма в России и Европе, русской культуры и западной. Разбирая творчество Ф. Достоевского, поэт касается великих святых, считая, что они не только вступают в общение с людьми, но также оказывают влияние на целые исторические эпохи. Иванов проводит исторические параллели между святым Франциском Ассизским и Данте. В подлинном гении есть нечто от святого, Данте не мог бы появиться без Ф. Ассизского, далее поэт прослеживает влияние духа святого Серафима Саровского на великую русскую культуру и мысль XIX столетия. Эти темы напрямую варьировались во время его чтения лекций в европейских университетах. При этом замечу, большую часть своей жизни Иванов прожил в Европе и умер в Риме, он возвращался в Россию, к своим истокам, на краткий период. Хочу затронуть один факт, касающийся общественной деятельности Иванова. На одном из собраний среди ученых он выступил с докладом «О русской идее», опубликованной в журнале «Золотое руно». В докладе дается историография данной концепции, затем применительно к России ученый утверждает, что всенародное единство достижимо лишь на основе синтеза всех определяющих «начал и всех существующих энергий», т. е. благодаря исключительно общему религиозному сознанию. Мыслитель обосновал «дуалистический принцип в историческом бытии России», онтологическую разделенность «земли» и «царства», другими словами, народа и государства, власть предержащих. Подлинная духовная родина нашего народа ― именно «земля», хотя она и находится в подчинении у «царства», последнее не может не считаться с ее волей. Единение, примирение, гармония между ними почти невозможны, ибо их жизненные интересы часто не совпадают. И только религиозный путь ведет к гармонии взаимоотношений национального слияния между людьми. Философ полагал: «Единственная сила, организующая хаос нашего душевного тела, есть свободное и цельное приятие Христа, как единого все определяющего начала нашей духовной и внешней жизни». В истории развития России было предложено множество национальных идей, до сих пор ведутся ее поиски, она может возникнуть и утвердиться только в недрах народного бытия…

Иванов не признал Октябрьскую революцию, всякие революции противоречили его концепции истории: они протекали внерелигиозно, целостное самоопределение народа, полагал мыслитель, не может быть внерелигиозным. Это стало препятствием для его возвращения на родину, так как поэт-мыслитель отрицательно относился к государственной политике воинствующего атеизма. В центре творческого символизма поэт вводит образ Диониса, создавая метафору «положительной религии», которая возвышает свободу творчества до религиозного мифа Иванов видит в эллинизме «второй» Ветхий завет, в боге вина ― предвестника Христа Дионисизм, по Иванову, способ преодоления индивидуализма, рождение личного опыта, сверхличного, по значению, проходит «через всякую истинную религиозную жизнь… независимо от форм ее кристаллизации», что говорит о восхождении человека-творца к Богу в ответ на Его нисхождение к человеку. То, что делает человека человеком, есть принцип с внешне-витальной стороны, не сводимой только к понятию мышления в идеях, и созерцание, эмоциональное существование. Все это связано с божественной субстанцией. Ни тело, ни душа не свободны. Свободен только дух. Интересна прозаическая поэма философа «Повесть о Светомире-царевиче». Для него история России в системе вселенского «кровообращения» представляется трагической загадкой. Поэт не одинок в подобном суждении о России. Вячеславом Ивановичем Ивановым написано много оригинальных произведений, в них классическая строгость мысли и метода, склонность проводить тончайшие умозрительные различия. Но иногда они чрезмерно отягощены философской ученостью и трудны для восприятия, однако богословские, экзистенциальные и культурологические идеи его находят до сих пор сторонников среди интеллигенции России.