# О душе и не только

Станислав Ломакин

## Станислав Ломакин

## БАНКРОТ

День явно не задавался. Из открытой форточки потягивал влажный ветерок, и вот-вот мог зарядить дождь, который время от времени давал знать о себе в течение недели. Лишь иногда разверзались тучи и небо на короткий период сияло чистотой и слепило ярким солнечным светом по разлитым мокрым многоэтажным домам.

Город, его улицы и дворы заполнялись звуками машин, а когда возникала кратковременная тишина, становилось слегка грустно.

Степан Васильевич, всматриваясь в рваные, серые облака, мысленно составлял программу наступившего дня.

Прежде чем снять последние отпускные деньги для поездки на малую родину, надо подсчитать, сколько осталось и хватит ли их, чтобы рассчитаться за квартиру, свет и телефон. Холодильник был пуст, вчера дорогие его сердцу друзья без приглашения явились и вычистили из холодильника все запасы под водочку, но хорошо поговорили, как водится у русских людей, поспорили. Немного побаливала голова, но это мелочи жизни. Оклемаюсь. Подсчеты показали: денег хватит и еще останется 52 рубля, но их не достаточно, чтобы пополнить холодильник продуктами. Степан Васильевич отстоял очередь в трех местах, про себя возмущаясь: компьютеризация всей страны, а очереди длиннее, чем в советское время, и чтобы заплатить за услуги, приходится выстаивать по несколько часов. Наконец отпускник в банке получил 11 тысяч 900 рублей, на карточке оставив всего 200 рублей, сел на автобус №14, продолжая подсчеты будущих расходов. Выходило, что денег на билет туда и обратно, недорогие подарки сестре и ее детям, расходы до получки, когда он выйдет на работу с 1 сентября, хватит.

В автобусе Степану Васильевичу пришла идея: выйти у центрального рынка города, закупить немного продуктов, а затем продолжить путь до шестого микрорайона, к дому. Деньги были положены в правый верхний карман пиджака, и он отсчитал несколько сотен на ощупь, так как помнил, что 11 тысяч – лежали купюры, а внутри них – девять сотен. Степан Васильевич, не заходя в главный павильон, прошелся между рядами, где торговали в основном кавказцы фруктами, и, возвращаясь обратно, обнаружил, что вынутые три сотни, которые он положил в боковой карман, и пятьдесят два рубля на месте, а 11 тысяч 600 рублей исчезли. Он обшарил все карманы брюк и пиджака на несколько раз, но, увы и ах…

Конечно, пришла запоздалая мысль о том, что нужно было рассредоточить крупные и мелкие купюры по разным карманам; кошелька у него никогда не было, да и не смог бы он им пользоваться.

Были, конечно, потери у Степана Васильевича, как у любого человека, но такая свершилась впервые. Неудачливый отпускник, дни отпуска которого истончались, подошел к остановке, осмотрел все вокруг и понял, что виноват в потере денег сам, видимо доставая три сотни, выбросил из кармана все, не заметив потери сразу.

Степан Васильевич стал думать о том, что деньги его подобрал добрый человек, которому они нужней, чем ему и, возможно, это Божий промысел. Он вспомнил, как в студенческие годы, в трудные для него дни, даже отчаяния, несмотря на то, что получал в университете повышенную стипендию и подрабатывал, разгружая вагоны с углем, он занял деньги и в течение нескольких месяцев не мог расплатиться. Мысли о долге усугубляли тяжесть, и однажды, когда бежал на лекцию, недалеко от университета, в траве нашел деньги, словно их кто-то подбросил для него. Их хватило, чтобы рассчитаться с долгом и даже купить брюки и рубашку. Все нормально, не надо печалиться, пришел к мысли Степан Васильевич, переживем, а на малую родину съезжу на следующий год.

Видимо, действует закон справедливости: сколько чего у одного человека отнимется, столько присовокупится к другому. Сей закон простирается на хороших и плохих людей, в соответствии с их доходами.… Иным людям богатство приносит головную боль, как страх потерять его.

Подобные терзания богатых людей не прибавляет жизненного тонуса и бодрости духа. Любого человека, равноудаленного от несчастий, они все равно настигают. Но человек, отвергающий славу и богатство, обрекая себя на безвестность и нужду в отличие от богатых, становится ближе к Богу. В истории развития человечества общеизвестно, кто входит в черты фортуны через врата радости, выходит через врата скорби – и, наоборот.