# Станислав Ломакин

Костян

## Станислав Ломакин

## РУССКИЕ КОЛОКОЛА


## ПУБЛИЦИСТИКА В.ШУКШИНА

Написав название данной статьи, я подумал о том, что читатель, прочитав его, засомневается: ну какой Шукшин публицист? Он прозаик, артист, кинорежиссер, сценарист, но не публицист. И есть ли у него публицистические статьи? Есть.

Недавно на родине писателя в Сростках прошли очередные «Шукшинские чтения», посвященные 80-летию земляка и 100-летию со дня рождения его покойной матери Марии Сергеевне. Международные научно-творческие конференции прошли в Алтайском государственном университете в Барнауле и в Бийском университете им. В.М. Шукшина. На этих конференциях филологи, писатели, ученые разных направлений всесторонне проанализировали творчество знаменитого алтайского правдолюбца. К юбилею Шукшина ученые Барнаульского университета выпустили полное собрание сочинений в восьми томах. Восьмой заключительный том посвящен публицистике, интервью, письмам, статьям. Обнаружено и опубликовано 13, ранее не известных читателю, стихотворений. Кто-то подумает, что Шукшин-публицист не является такой же величиной как прозаик, кинематографист. Никто и не сравнивает.

В публицистике писателя проступает внутренняя осмысленность существования личности, потребность сказать людям самое откровенное, пережитое. В статьях наличествует ясность убеждений и глубокая вера, что человек в большей мере стремится к добрым намерениям в своих буднях. Эта нравственная обусловленность детерминирована, т.е. обусловлена идеалами и верой в лучшее будущее. Разнообразнейшие характеры людей, картины быта города и деревни, зафиксированные в повестях, романах, рассказах, дают достаточно полную картину, но в публицистике В. Шукшин дополняет сказанное и даже прогнозирует изменение идеалов, ценностных ориентаций людей, а значит и изменение будущего страны. В. Шукшин - писатель большой социальной совести, не может в некоторых своих статьях сдержать прямого напора гражданской страсти. В статье «Монолог на лестнице» он пишет: «…Современная жизнь с ее грохотом, ритмами, скоростями и нагрузками смалывают человеческие силы особенно заметно. Двадцатый век если и уступает в чем то, то и мстит жестоко». Его излюбленная тема в прозе и публицистике соотношение города и деревни. В. Шукшин - предвестник мрачных апокалипсических намеков в публицистике о будущем России, о том, что в ней воцарится доллар, перед которым будут раболепствовать люди. Он предсказывал в ряде рассказах, в пьесе «Энергичные люди», в статьях, что Россия не минует торгашеский, циничный для людей уклад жизни, социальное расслоение.

Вспомним документальный, по существу публицистический рассказ «Кляуза». Шукшин лежал с язвой желудка в одной из больниц г. Москвы, к нему пришли известные вологодские писатели, в приемный для посетителей день, В. Белов, В. Коротаев. На их пути возникла женщина (стоящая на вахте), дав понять, что нужно дать в руку. Финал этого разбирательства таков: друзья забрали Шукшина, вызвав такси, в тапочках и больничном халате. Элементы утилитарного, циничного подхода в отношениях между людьми наблюдаются в различные эпохи развития общества, то, что сейчас творится в стране, не поддается здравому объяснению. Вспоминаются строчки Вл. Солоухина, умершего в конце ХХ столетия. «И вот я думаю: в какой же пропасти мы все оказались теперь, в какой выгребной яме сидим, если советский период кажется теперь чуть ли ни раем и вызывает ностальгические чувства». В публицистике Шукшин за сдержанностью показывает неизбежную грядущую беду, предвещает драматическую, всеохватывающую миллионы людей развязку, изменение социального, экономического уклада в стране.

В. Шукшин во второй половине ХХ века ощутил потребность сказать в своих статьях и интервью то, что тяготило его память. И он мастерски раскрывает внутренний мир человека, недвусмысленно поставил вопросы, которые люди ХХI века решают сегодня. Своими работами в искусстве он нес свою правду. «Правда труженика и правда паразита, правда добра и зла – это и есть, пожалуй, предмет истинного искусства». И когда он описывает наш внешний неуют, отсутствие душевного комфорта, то это является отражением внутреннего разлада, неустроенности жизненного уклада людей. Он пишет: «Честное, мужественное искусство не задается целью указывать пальцем: что нравственно, а что безнравственно, оно имеет дело с человеком «в целом» и хочет совершенствовать его, человека, тем, что говорит ему правду о нем».

В статье «Вопросы самому себе» Шукшин стремится соединить деятельность с признанием самоценности личности, полагая, что в будущем такое соединение осуществится. Однако в наше время этого не произошло, не получило своего развития, т.к. утилитарные, прагматические, индивидуалистические аспекты доминируют над людьми. Такое общество мы сегодня построили. Мы не связываем себя, как Василий Макарович связывал пространство своей души с пространством своей страны.

Пороки души людей оставляют раны и рубцы на теле страны, а если люди стремятся, торопятся жить в пороке, они гибнут и, погибая, тянут за собой всю страну. Для того чтобы не погибла страна, Шукшин считал, что она должна сохранить свою патриархальность. Он особо ратует о ее сохранении в деревне, так как считал в свое время великий русский философ Вл. Соловьев, что деревня духовно, нравственно подпитывает город. «Патриархальность – писал Шукшин, - предполагает свежесть духовную и физическую, она должна сохраняться в деревне».

К сожалению, приходится сегодня констатировать, что деревня умирает, спивается, и те блага цивилизации, которые пришли из города, как-то газ, интернет и др. (казалось бы, уравнивают ее с городом) не помогли.

«По данным Всероссийской переписи населения, проведенной в 2002 году, в России обнаружено 18 тысяч пустых деревень» и это только за период перестройки. С исчезновением деревень исчезают национальные традиции, обряды, песни, трудовые навыки. Русская культура сильно укоренена в отечественной почве, коей является деревня, об этом беспокоится писатель.

Сколько статей написано о гибели деревни, постановлений правительства, указов по сельскому хозяйству. Складывается впечатление, что люди больше всего стремятся сохранить ценности и идеалы на вербальном уровне и меньше всего берегут их.

В своей публицистике В. Шукшин выступает как почвенник, его можно отнести к славянофилам третьего поколения. Хочу напомнить почвенниками или славянофилами второго поколения называли великих мыслителей второй половины ХIХ века в России, а именно: Ф.М. Достоевского, Н.Н. Страхова, А.А. Григорьева, Н.Я. Данилевского, К.Н. Леонтьева и др.

Будучи православными людьми, они призывали к смирению, но не покорности, покорность бывает перед силою – смирение перед ценностью. Смирение в этом смысле есть высшая форма свободы. Они выступали против западных ценностей, таких как: рационализм, индивидуализм, прагматизм, они выступали с идеей об особой миссии русского народа, призванного спасти человечество, выступали за слияние народа с просвещенным обществом и монархом. Конечно, Шукшин прямо не выражал идеи почвенников. Нельзя, оценивая определенный исторический период, подменять критерии одной эпохи критериям другой – ибо это нарушает конкретно-исторический принцип рассмотрения и объективного видения.

Изучая общественно-политические идеи той или иной эпохи, воззрения ее представителей и народе ее населяющих, необходимо каждый раз исходить к объекту анализа из принципа историзма. Социально-экономическая действительность не есть нечто застывшее, она находится в постоянном развитии. Литература «деревенщиков» (так назвали выдающихся писателей: В. Распутина, В. Белова, В. Шукшина, Ф. Абрамова, В. Астафьева, Вл. Солоухина, Н. Рубцова, Вл. Личутина, Вл. Крупина) отражала идеи почвенников, являла художественное единство и помыслы миллионов людей. Между этими писателями установилась связь неотчужденности, одухотворенности, взаимовлияний простых людей на писателей и, соответственно, наоборот. В наше время либерал-демократы развернули настоящую войну против промышленности, науки, культуры. Либеральные реформы стали трагедией для России. Свыше миллиона русских умирает ежегодно, и в это время «желудочно-половые космополиты» (выражение И. Тургенева) ездят по странам мира, опьяненные своим богатством, награбленным у народа, и гордятся своим презрением к своей Родине. Предстоятель русской Православной Церкви Патриарх Кирилл в одном из своих выступлений как-то заметил: «…а где вообще у либеральной философии идея греха. Ее нет. Ложь историческая порождает ложь современной жизни. На лжи нельзя построить человеческое благополучие, на лжи нельзя построить человеческое счастье». Шукшин всей своей жизнью доказывал, как почвенник, что нравственная роль искусства должна учитывать традиционные, национальные, исторические идеи, на которых воспитывается человек. Духовное самостроительство приводит человека к вере, к слиянию с Богом. Без традиций, нашей почвы, корней, нашей истории, веры нельзя построить справедливое общество. Почвенники считали, что созидательные силы страны должны ставить перед собой задачу расширения национального пространства мысли, наследия своих предшественников. Духовность поднимет человека над пропагандой потребительства и стяжательства. У Василия Макаровича был свой идеал человека и общества. Вот он: «Я запомнил образ жизни русского крестьянства, нравственный уклад этой жизни, больше того, у меня с годами окрепло убеждение, что он, этот уклад, прекрасен в целом, начиная с языка, жилья…нигде больше не видел такой ясной, простой, законченной целесообразности, как в жилище деда-крестьянина, таких естественных, правдивых, добрых, в сущности отношений между людьми…там много, очень много работали». В последние годы В. Шукшин много размышлял о вере, он понимал, что духовная сущность мироздания, бытие материального мира дано и открыто человеку лишь в вере. Вера связана с исторической почвой, русской культурой, языком, духовностью и нравственностью. Приведу один пример. Шукшин был на похоронах мужа сестры Натальи и по возвращении в Москву написал ей письмо, в котором есть такие слова: «Я хочу, чтобы меня похоронили также по-русски, с отпеванием, с причитаниями и чтобы жива была моя мама и ты с ребятишками». Мать Мария Сергеевна пережила сына на четыре с половиной года. Шукшин ушел в вечность, в будущее, навсегда поселившись в сознании читателей, зрителей, и уже никогда больше не покинет нас.