# Были и небылицы Тавдинского края. Том 1

Петр Алексеевич Городцов

## Петр Алексеевич Городцов. Были и небылицы Тавдинского края в трех томах: Том I


## Сказки


## Вор Барма. Сказка-былина


В славном городе было Антонии, в славном городе Демехтиане, в славном Кильском королевстве, как у кильского царя заводилась пир-беседушка; собрались князья и бояре, и гости вельможные. Не один день шла гуляночка, а целую неделюшку.

Клик кличет царь ко своим гостям званым, князьям и боярам, не сыщется ли кто достать у индийского царя[49] шестиногого коня, златокрылого сокола и борзого кобеля. Но никто не сыскался.

Тогда кликнул царь клич по всему своему царству и по всему своему народу, по всем городам, селениям и деревням. Первый день никто не сыскался, и второй день никто не сыскался. А на третий день выискался вор Барма.

Подходит вор Барма к царскому дворцу, не спрашивает у ворот воротников, у дверей придверников, проходит в палаты белокаменные, проходит другие и третьи и входит в царский зеркал, где царь с гостями гулял-прохлаждался, входит вор Барма, Господу Богу истово молится, на все четыре стороны низко кланяется, князьям и боярам, и всем званым гостям вообще, а царю-государю наособицу и говорит таковы слова: — Царь-государь, я могу украсть у индийского царя шестиногого коня, златокрылого сокола и борзого кобеля. Только избери мне из всего своего народу товарищей-молодцов 24 человека, совершенно похожих на меня, как на меня взглянуть, так и на них: лицо в лицо, рост в рост, голос в голос и волос в волос — и дай мне 25 таких коней, чтобы как на одного взглянуть, так бы и на других: туша в тушу, шерсть в шерсть, ухо в ухо, грива в гриву и хвост в хвост. И дай нам всем молодцам одинаковое оружие, а для коней одинаковую сбрую.

Обрадовался царь и велел исполнить желание вора Бармы. И скоро собрали вору Барме дружину из таких молодцов, как и сам он: как на него взглянуть, так и на них; и подыскали 25 коней масть в масть. Не мешкал вор Барма, сели молодцы на коней и поехали в Индийское королевство. Скоро они доехали до Индийского королевства и остановились недалеко от столичного города индийского короля. Раскинули они палаты белополотняные и запустили они своих коней прямо на зеленые луга заповедные, на шелковую траву и на засеянные поля, в пшеницы белояровые.

Поутру встает индийский царь, поднимается на свой балкон, наводит свою подзорную трубу в одну сторону, наводит в другую и в третью сторону и видит палатки белополотняные и коней в пшеницах белояровых и в лугах заповедных. И опалился царь гневом великим, что за невежи там остановились!

Призвал царь двух своих вельмож и послал их узнать, что за люди остановились у города. Явились царские посланники в палатки вора Бармы, челом низко кланялись и честь отдали, и спросили:

— Что же вы за люди, то ли вы сильные-могучие богатыри, али из инных земель посланники, али за королевских дочерей сватовщики и что вы за невежи: явились в наше царство, у нашего царя не спрашиваясь, раскинули близ царской столицы свои палатки белополотняные и запустили своих коней в засеянные поля, в пшеницы белояровые и на зеленые луга заповедные?

Вор Барма ответил:

— Нет, мы не сильные-могучие богатыри и не инных земель посланники, и не за королевских дочерей сватовщики. Это приехал вор Барма с товарищами, чтобы украсть у индийского царя шестиногого коня, златокрылого сокола и борзого кобеля. Идите и скажите вашему царю, что кражу вор Барма совершит в эту же ночь.

Вернулись послы к царю и передали ему ответ вора Бармы. Выслушал царь послов и приказал удвоить во дворце стражу: где стояло два часовых, поставить четыре, а где четыре — поставить восемь. Конюшню, где стояли шестиногий конь, златокрылый сокол и борзой кобель, всегда охраняли шесть человек, а в эту ночь около нее поставили стражи двенадцать человек. Сам царь решил не ложиться в эту ночь спать, а для развлечения посадил в свою спальню посказителя, чтобы тот рассказывал сказки и развлекал царя.

Наступила глухая ночь. Вор Барма из двадцати четырех своих товарищей выбрал одного, какого поудалее и посмышленее, и с ним одним пошел на кражу. Идет он прямо к царскому дворцу, оставил товарища на страже и далее пошел один. Подошел к дверям, его встретили четверо часовых и окликнули: «Кто идет?». Но вор Барма ответа им не давал и отсек всем четверым головы и пошел дальше во двор. Там его встретили и окрикнули восемь человек стражи, но вор Барма и с этими управился тем же способом. Подошел вор Барма к самой конюшне, где стояли шестиногий конь, златокрылый сокол и борзой кобель и где было стражи двенадцать человек. Опять часовые окликнули вора Барму, но вор Барма ответа им не давал и отсек всем им головы.

Затем вор Барма сломал крепкие запоры на дверях конюшни, вошел в нее, взял шестиногого коня, златокрылого сокола и борзого кобеля и благополучно вернулся к своему товарищу. Передал этих животных товарищу и сказал ему:

— Подожди здесь, а я пойду в спальню к царю и расскажу ему новую сказку.

Пошел вор Барма к царской спальне, тихими стопами подходит к дверям и слышит, что царь и посказитель бодрствуют. Посказитель сказывает сказки, а царь слушает. Тогда вор Барма напустил сон на царя и посказителя, и они оба задремали. Невмоготу стало царю, и он прилег на свою кроватку, посказитель смолк, и оба — царь и посказитель — уснули.

Тогда вор Барма вошел в спальню и одним ударом отсек голову посказителю, труп посказителя он бросил под стул и сам сел на место посказителя и громко сказал:

— Государь, проснись, я скажу тебе новую сказку.

Царь спросонок всполыхнулся и сказал:

— А, что, что такое? Новую сказку? Скажи, скажи, — и снова голова его опустилась на подушку.

А вор Барма сказал: «Государь, сегодняшнею ночью вор Барма украл с царской конюшни шестиногого коня, златокрылого сокола и борзого кобеля».

Услышал это царь, расхохотался: «Ха-ха-ха! Какой же ты забавник! Может ли это быть? Столько стражи к конюшне приставлено!». И затем голова царя снова опустилась на подушку, и он глубоко заснул.

Тихо вор Барма вышел из царской спальни и вернулся к своему товарищу. Той же ночью вор Барма и вся его дружина не мешкая оседлали своих коней и скрылись. Привел вор Барма кильскому царю шестиногого коня, златокрылого сокола и борзого кобеля. И был царь крайне этим обрадован и на радостях задал пир на весь мир и наградил вора Барму чинами и орденами, и золотою казной.

Наутро индийский царь проснулся и увидел, что его посказитель лежит без головы и пол в его спальне залит кровью, вышел во двор и видит страшную картину: вся дворцовая стража была посечена. Поднял царь тревогу. Посмотрели, а из конюшни уже были украдены шестиногий конь, златокрылый сокол и борзой кобель.

Много царь дивился ловкости и молодецкой удали вора Бармы. Собрал индийский царь всех своих князей и бояр и всех вельмож и стал с ними думать, что делать и как в этом случае поступить. Долго думали и решили послать к кильскому царю большого посла с требованием выдать вора Барму головою.

Написал индийский царь грозное письмо кильскому царю и в письме этом сказал: «Выдай мне вора Барму головою, иначе я на тебя пойду войной со всеми своими войсками и разорю все твои села и города и до тебя доберусь в твоем царственном городе и полоню тебя».

Это послание отправил индийский царь с одним из своих главных вельмож кильскому царю. Явился посланник индийского царя к царю кильскому, прошел прямо в царские палаты и положил грозное письмо своего царя на стол прямо пред кильским царем.

Прочитал кильский царь грозное послание индийского царя и шибко испугался. Собрал кильский царь к себе на совет всех князей и бояр и стал с ними думать, как тут быть и какой ответ дать индийскому царю. Думали царь и его советники день и ничего не придумали, думали и второй день, да тоже ни к чему не пришли, а на третий день решили позвать на совет вора Барму: не укажет ли он исход из настоящего затруднения.

Позвали вора Барму и спросили его царь и весь совет:

— Вор Барма, ты сделал дело: украл у индийского царя шестиногого коня, златокрылого сокола и борзого кобеля. Это великий подвиг, и царь тебя за него достойно наградил.

Теперь же над головой царя и всего нашего царства висит грозная беда: индийский царь грозит нам войною. Не можешь ли ты, вор Барма, выручить нас всех из этой беды?

Вор Барма поклонился царю и всему собранию и сказал:

— Как не выручить из беды, выручу. Я украл шестиногого коня, златокрылого сокола и борзого кобеля, я смогу и ответ дать индийскому царю. Я сам понесу свой ответ индийскому царю, но только ты, государь, дай мне моих прежних товарищей и моих прежних коней.

Обрадовался царь и все царские сановники, и для вора Бармы все было готово. Сели вор Барма с товарищами на коней и поехали в Индийское царство. Остановились они близ индийской столицы, раскинули шатры белополотняные и запустили своих коней на засеянные поля, в пшеницы белояровые и на зеленые луга заповедные. Поутру индийский царь встал, поднялся на свой балкон, посмотрел в подзорную трубу в одну сторону, в другую сторону и в третью и увидел шатры вора Бармы и коней его на полях и на лугах.

И опалился царь гневом великим, что за невежи там остановились, и послал он двух послов к этим людям. Послы явились к вору Барме с его товарищами и спросили их: «Что вы за люди, то ли вы сильные могучие богатыри, али из инных земель посланники, али за королевских дочерей сватовщики? И за чем вы приехали к нашей царской столице, раскинули свои палатки белополотняные и запустили своих коней в пшеницу белояровую и в луга наши заповедные?».

И ответил вор Барма послам: «Идите и скажите вашему царю, что явился вор Барма с товарищами ответ держать пред царем за кражу из его конюшни шестиногого коня, златокрылого сокола и борзого кобеля».

Вернулись послы к своему царю и передали ему ответ вора Бармы. Обрадовался царь, что наконец вор Барма попал в его руки. Того же разу царь собрал всех своих князей и бояр на совет и стал с ними думу думать, что делать с вором Бармой и как с ним поступить. Царю было известно, что кражу животных совершил и всю дворцовую стражу перебил один только вор Барма, а товарищи его в этом неповинны, и следовало казнить одного только его. Но как отличить его из 25 совершенно одинаковых молодцов? Долго думали, но ни к чему не пришли.


У индийского царя были две дочери-девицы: младшая была простая обыкновенная женщина, а старшая была прехитрая и премудрая волшебница и сильная-могучая богатырица.

Явилась к отцу на совет эта его старшая дочь, волшебница и богатырица, и сказала царю:

— Государь-батюшка и вы все государственные сановники! Не следует понапрасну проливать неповинную кровь. Кражу наших животных и убийство стражи совершил один вор Барма, он и должен за это ответить своей головой, его же товарищи в этом неповинны, и их следует отпустить на свободу, пускай возвращаются в свою родину. Признать же вора Барму я могу. Пригласи только, государь, всех 25 молодцев во дворец к завтраку.

Государю и всему совету понравилась разумная речь царевны, и они решили последовать ее совету. На следующий же день царь пригласил к завтраку всех 25 молодцов. Царевна-волшебница принимала гостей и сажала их за дворцовые столы и угощала их кушаньями и напитками. У всех молодцов обхожденье было хорошее, а у вора Бармы лучше всех; все молодцы красно и приятно говорили, а вор Барма лучше всех и приятнее всех.

И заприметила его царевна, подошла к нему и посадила ему на голову серебряный волосок. Завтрак кончился, хозяева и гости вышли из-за стола, гости хозяину-царю и его дочери-царевне низко кланялись и благодарили за хлеб, за соль.

Вор Барма после завтрака отвел своих товарищей в сторону и сказал им: «Товарищи, осмотрите меня хорошенько: наверное, царская дочь посадила мне какую-нибудь приметку, не сыщете — мне смерти не миновать». Стали искать и нашли в его голове серебряный волосок. Тогда вор Барма пощупал своею рукой этот волосок и тою же рукою пощупал головы всех товарищей, и у них на голове тоже явилось по серебряному волоску.

Царь спрашивает свою дочь: «Скажи, любезная дочь моя, признала ли ты вора Барму?». И она ответила: «Признала, государь, вот он», — и она взяла за руку вора Барму и подвела его к царю.

А вор Барма говорит царю и царевне: «Государь и государыня-царевна! Ошибаетесь вы, я не вор Барма, меня зовут так-то. В вашей воле казнить меня смертью лютою, но только моя голова падет безвинно».

Царевна осмотрела голову вора Бармы и нашла у него серебряный волосок. Тогда вор Барма сказал царевне: «Царевна, осмотри головы и моих товарищей, не найдешь ли ты на них такого же волоска». Царевна осмотрела головы всех товарищей вора Бармы и действительно нашла у всех по серебряному волоску. Тогда царевна должна была сознаться, что она не может узнать вора Барму. Делать было нечего, царь с миром отослал молодцов в их шатры белополотняные. По уходу из дворца вора Бармы с товарищами царевна сказала царю: «Ну, батюшка, я хитрая и премудрая волшебница, а вор Барма будет похитрее и помудрее меня. Позови молодцов завтра на обед, и уж завтра-то я, наверное, найду вора Барму».

На следующий день царь опять послал послов к молодцам с приглашением на обед. Явились молодцы, поставили своих коней на царском дворе, а сами вошли в царские палаты, войдя, Богу помолились, царю с царевной поклонились. Царевна сажает молодцов за дубовые столы и угощает их кушаньями и напитками. И опять царевна угадала вора Барму по его речи умной и по его вежливому и приятному обращению, и по ухваткам молодецким.

Подошла царевна к вору Барме и незаметно посадила ему на подбородок золотой волосок. Обед кончился. После обеда молодцы хозяевам низко кланялись и благодарили их за хлеб, за соль. А затем вор Барма отозвал своих товарищей в сторону и сказал им: «Осмотрите меня, товарищи, наверное, и на этот раз царевна посадила мне какую-нибудь приметку, не сыщете — мне смерти не миновать». Долго товарищи старались, искали приметки, но так и не могли ее сыскать.

Тем временем царь опять спрашивает царевну:

— Дочь моя, признала ли ты и отыскала ли ты вора Барму?

— Отыскала, батюшка!

И подвела к царю вора Барму. А вор Барма на этот раз и не запирался, пал он в ноги царю и завопил: «Смилуйся, государь, и пощади!». Но царь его и слушать не хотел. Посадили вора Барму в тюрьму и присудили чрез три дня повесить. Товарищам же вора Бармы объявили, что они свободны и могут возвращаться домой.

Пред отправлением в тюрьму вор Барма сказал царю: «Дозволь, государь, мне проститься с моими товарищами и в последний раз, хотя ненадолго, побеседовать с ними». Царь дал на это свое согласие.

Вор Барма подошел к товарищам и сказал им: «Товарищи! Казнь моя будет хитрая и необычайная, но вы не плошайте и выручайте меня из беды. Как только вы выедете из города, так и спрячьтесь за городом в лесу и там скрывайтесь до дня казни. Пред казнью я заиграю на духовом рогу и своей музыкой увлеку весь народ. А вы тем временем, как услышите мою музыку, вынимайте сабли вострые, выскакивайте из леса и начинайте рубить воинов индийского царя с задних рядов. А как услышите вторичную мою музыку, так удвойте ваши силы и рубите налево и направо».

Попрощался вор Барма с товарищами, и отвели его в тюрьму. А товарищи его оставили город и скрылись в засаде в соседнем леску.

Настал день казни. На площади за городом построили помост, а на нем поставили виселицу с тремя петлями: одна петля шелковая, другая петля пеньковая, а третья петля лычная. На помост вели три ступени. На площадь вывели и поставили солдат. Народу собралось видимо-невидимо, со всей столицы и со всего Индийского государства; явились сюда и старые, и малые, и мужчины, и женщины — всем было любопытно посмотреть на казнь такого отчаянного и смелого молодца, как вор Барма. Явился наконец и сам царь с царевнами, окруженный блестящей свитой.

И повели вора Барму из тюрьмы на казнь; идет он по улицам и низко кланяется направо, налево добрым людям и просит у них прощения, а добрые люди ради души спасения бросают ему кто копеечку, кто две. Привели вора Барму на площадь.

Вошел он на первую ступеньку эшафота, поклонился в землю царю и говорит:

— Царь-государь, дозволь мне в последний раз сыграть на духовом рогу, очень хорошо я на нем играю, может быть, добрые люди попомнят игру мою и помянут меня добрым словом.

Царь сказал: «Ну что ж, сыграй!».

А царевна-волшебница говорит царю: «Батюшка, не дозволяй ему играть, обманет он нас». А царь на нее даже забранился и сказал: «Что ты, глупая! Что он может с нами сделать — стоит он уже на первой ступени эшафота! К тому же здесь так много моих солдат и так много народу!».

Между тем вор Барма уже заиграл на духовом рогу разные канты и молитвы и играл таково нежно и приятно и таково жалобно, что царь и весь народ рты поразинули от удивления, глаза и уши приковали к певцу и музыканту вору Барме. А вор Барма старается играть как можно дольше, насколько его силы хватало.

Тем временем товарищи вора Бармы как только заслышали музыку вора Бармы, так вышли из засады и начали рубить головы солдат царских в задних рядах, а попадались под руку простые люди — рубили и их, и старались делать это как можно тише, так, что в передних рядах не видели и не подозревали того, что делается в задних рядах.

Утомился вор Барма и не мог дольше играть. Вошел он на вторую ступень, передохнул малость и опять поклонился в ноги царю и снова просил царя:

— Царь-государь! Дозволь мне еще раз, в последний раз, сыграть на моем рогу. Может быть, не только люди старые, но и малые дети послушают мою игру с наслаждением и будут добром поминать мою душу, и помолятся за меня, а детская молитва доходчива до Бога.

Говорит так вор Барма, а сам посматривает кругом и видит с высоты эшафота, что его товарищи уже половину войска перебили. Царь между тем выслушал просьбу вора Бармы и дозволил ему играть еще, благо и самому-то царю игра вора Бармы шибко пришлась по сердцу.

А царевна-волшебница опять говорит царю: «Не дозволяй, государь, ему играть, наверное, он нас как-нибудь да обманет».

Царь даже рассердился на дочь:

— Ах ты, глупая! Ну что он может сделать, коли он стоит всего на одну ступеньку от виселицы? К тому же нас так много, а он один.

И заиграл вор Барма еще лучше и приятнее, и еще жалобнее, чем прежде. Долго играл вор Барма, наконец выбился из сил и не мог больше играть. Поднялся он на ступеньку последнюю, оглянулся и видит, что его молодцы уже положили всю силу воинскую царя индийского. Обрадовался вор Барма и сказал:

— Государь, посмотри-ка, как мои голуби поклевали твою пшенку.

Оглянулся царь и все его окружающие и увидели, что все войско царя посечено. Сильно испугался царь и не знал, что ему делать. А вор Барма говорит царю:

— Ты, государь, для меня одного приготовил три петли на виселице, но их хватит на трех человек: шелковая для твоей дочери-волшебницы, пеньковая для тебя самого и лычная для палача.

Взмолился царь, бросился в ноги вору Барме и просил его:

— Бери, что хочешь, и делай со мной, как знаешь, только оставь меня в живых, всю жизнь я буду платить дань кильскому царю и помогать ему в войне с его врагами, лишь оставь мне жизнь.

Вор Барма сжалился и говорит:

— Оставляю тебе жизнь за то, что и ты сжалился надо мною и позволил мне играть пред смертью. Прощаю я и палача: его дело подневольное. Но дочь твоя пойдет на смерть.

Того же разу царевну-волшебницу повесили. Обрадовался царь, призвал вора Барму и его товарищей к себе во дворец, там написал уверительные грамоты, что, дескать, будет он навеки платить дань кильскому царю и помогать ему в войнах. А затем задал им пир на весь мир. Погулял вор Барма и вернулся к кильскому царю. И кильский царь был крепко обрадован и наградил вора Барму чинами, орденами и золотою казной и тоже задал пир.

И долго шло гулянье во дворце кильского царя.


Осип Меркурьевич Заякин.

Деревня Артамонова Тюменского уезда.

27 октября 1906 года.

# Примечания

49

Слово «индийский» у посказителя О.М. Заякина не является установившимся, и часто он произносит его «индианский».