# Хрустальные сосульки

Арнольд Карлович Райсп (Райспу)

## Арнольд Райсп


## Хрустальные сосульки


## Янтарный камушек

На берегу холодного моря, на песчаной косе, уходившей далеко в море, жили старик по имени Ханс и старуха, которую звали Альви. Было у них два сына и дочь. Дети давно выросли и разбрелись по хуторам в поисках работы и лучшей жизни, а старик со старухой целыми днями были заняты работой по дому. По вечерам, с грустью сидя у окна, они вспоминали дни своей молодости, вглядываясь в бушующее море и серые тучи, которые низко проплывали над холодными водами Финского залива. Им казалось, что облака, уставшие от бесконечных скитаний, где-то там далеко за горизонтом находили своё пристанище в бурных морских объятиях.

Старик совсем состарился и уже редко выходил в море на своей утлой лодчонке, обветшавшей от холодных солёных ветров, морской воды и солнца. Лодка, как и Ханс, состарилась и уже не годилась для того, чтобы в ней можно было подолгу находиться в море.

Истрёпанные рыбацкие сети, когда-то радовавшие уловом, теперь неистово трепал нескончаемый ветер, набегавший со стороны моря.

Старик подолгу проводил время на берегу моря, вспоминая былые времена, и вслушивался в крик чаек и тревожный шум морского прибоя. Он вглядывался вдаль, где суровые серые тучи проплывали так низко, что почти касались гребней волны. Волны остервенело накатывались на песчаную косу, выбрасывая на берег сучья деревьев, морские водоросли и разную живность, не успевшую скатиться обратно с волной в море. Солнце подолгу не показывалось из нависших свинцовых туч, и от этого становилось ещё грустнее.

Иногда на берегу старик находил маленькие с желтизной камушки. Он бережно складывал найденные камушки в карман и приносил их в дом к старухе. Старуха подолгу разглядывала их, а затем, завернув камушки в старенький платочек, клала его на полку, висевшую над столом.

Из рассказов мужиков с хутора Ханс слышал, что такие камушки они собирали на берегу моря и по выходным дням отвозили их на базар, чтобы обменять на муку и другие харчи.

В один из дней море штормило пуще прежнего. Волны накатывались на песчаную косу одна за другой, оставляя пенные следы, похожие на белоснежное пуховое покрывало.

Вдали среди беснующихся волн маячила одинокая мачта судёнышка, не успевшего укрыться от шторма. Суденышко то появлялось, то исчезало среди волн, и казалось, что оно застыло на одном месте и не может вернуться к родным берегам своей пристани. Набежавший пенный гребень волны неожиданно накатился на берег, и в перекате воды и песка старик вдруг заметил, как блеснул золотистый свет, похожий на долгожданный солнечный лучик. Ханс удивлённо взглянул на небо. Но оно по-прежнему было затянуто серыми тучами, и не было даже маленьких просветов. Тогда он решил нагнуться и ощупать то место, где дал о себе знать солнечный проблеск. Волнение охватило Ханса. Среди мокрого песка и водорослей, выброшенных на берег, он обнаружил солнечный камень размером с большую луковицу такого же золотистого цвета.

Ханс обрадовался такому самородку и поспешил в избу, чтобы порадовать находкой и Альви. Этот самородок был похож на янтарный камень необычных размеров. Старуха долго вертела камень в руках, затем потёрла его стареньким, как и сама, фартуком.

И неожиданно молвила:

— Этот камень отражает нашу молодость, Ханс!

Старик вначале ничего не понял и, присев на всякий случай на лавку, взял из рук старухи камень и стал внимательно его разглядывать.

— И правда, — говорит он, — смотри, Альви: в сверкающей желтизне камушка два мотылька соединились друг с другом крыльями, которые сплелись удивительным образом.

Это напоминало воздушный танец, и казалось, что в камне застыли радостные мгновения так быстро прошедшего времени. Это были мгновенья тех молодых дней, когда они были так счастливы вместе. Присела и старуха на лавку рядом со стариком.

Она взяла в одну руку камушек, а свободной рукой прижала руку старика, и их руки соединились между собой. Тепло камня и рук согревало их. В эти мгновения нахлынули воспоминания о прошедшей молодости и счастливых днях, когда они также вместе, как сейчас, взявшись за руки, как эти два мотылька, беззаботно

кружили в танце с деревенской молодёжью на праздниках, которые так редко выпадали в их жизни. Они подолгу, соединившись руками друг с другом, бродили босыми ногами по прохладному, напитанному морской влагой песку.

Морская волна нежно и ласково набегала на берег, касалась их ног, и от этих таких разных и нежных прикосновений рук и морской волны становилось радостно и немного тревожно. Им хотелось, чтобы выпавшие на их долю эти мгновенья продлились как можно дольше, как застывшие в янтарной смоле мгновенья двух маленьких мотыльков.