# Светит Русь святым созвездьем

Елена Германовна Русанова

## ЕЛЕНА РУСАНОВА. СВЕТИТ РУСЬ СВЯТЫМ СОЗВЕЗДЬЕМ


## Господь тебя посетил

Георгия привёз отец Константин в областной центр из дальней сибирской деревни на обследование. Неладное почувствовал встречавший разных больных священник, когда в один из приездов своих к родителям увидел вдруг Георгия осунувшимся и ослабевшим.

-  Собирайся, у меня хороший знакомый врач есть, - сказал решительно отец Константин, и через несколько часов они уже мчались по сырой бетонке мимо мелькающих сосен и елей. «Лечит человека природа, питает, бережёт, - думал батюшка, с любовью глядя по сторонам, - но грехи сильнее, разрушают они наше здоровье, порой необратимо».


-  Подожди в коридоре, - кивнул Георгию в сторону двери Михаил Алексеевич, заведующий диагностическим отделением.

-  Да, - повернулся он к отцу Константину, - где же вы раньше были? У него все органы в метастазах, четвёртая стадия.

У батюшки внутри всё так и оборвалось.

-  Неужели это конец?.. - пытаясь не потерять последнего лучика надежды, взволнованно спросил он доктора.

-  Месяца три проживёт. Возможно, и больше. Но нужно готовиться к худшему. Тяжело ему будет там, в деревне, - с искренним сожалением сказал Михаил Алексеевич.

-  А, может быть, так оно и лучше, что в деревне... умирать будет, - растерянно проговорил отец Константин, - спасибо тебе, Михаил... И давай приходи ко мне на исповедь, чтобы перед Рождеством был. А не то епитимью на тебя наложу, - попробовал было пошутить батюшка, но на душе от этого сделалось ещё больнее. Надо было выходить к Георгию, - он ждал результата.

-  Господь тебя посетил, Гоша, - осторожно глядя в глаза своему другу, стараясь держаться спокойнее и твёрже, произнёс отец Константин.

-  Что? Что-нибудь серьёзное? - спросил, привставая, Георгий.

-  Пойдём. Нам ещё домой целый час добираться, по пути поговорим, - заторопил батюшка, не набравшись сил ответить ему сразу.

-  Господь тебя посетил, Георгий, - повторил отец Константин, когда они выехали заворота больницы. - Считается, что такая болезнь от Бога. Это хорошо, Гоша. Нужно тебе ко всему быть готовым.

-  Да что у меня? - всерьёз забеспокоился Георгий. Он был человеком очень крепким и терпеливым и не привык обращать на болячки никакого внимания.

-  Онкология у тебя... Четвёртая стадия. Надежды почти нет. Нона всё воля Божия.

Георгий молчал - и отец Константин продолжил:

-  Ты, Гоша, очень хороший человек, каких мало, наверное. Но грехи у тебя всё равно есть. Очистить надо душу свою перед встречей с Господом.

-  А я хотел в этот год немного подзаработать, поросят собирался брать. У меня же Васька в город учиться поедет, деньги нужны, - сказал, помолчав, Георгий и встретился взглядом с отцом Константином. Васька, приёмный сын, давно уже стал ему родным, как и Светлана, младшая дочь Надежды от первого брака. И любили они своего отчима больше, чем иные отцов любят.

-  Молиться будешь - всё устроится, Бог даст, - перекрестился батюшка, остановившись у светофора.

-  Да как Надежда без меня с хозяйством справляться будет? - с тревогой в голосе, стараясь заглянуть другу в глаза, тихо произнёс Георгий. - Она ведь ещё от операции не отошла...

-  Ничего, дорогой, надо только веру иметь. Тебя Господь сейчас призывает, значит, время пришло. А о семье твоей Он сам позаботится. Не будь же ты, как апостол Пётр, когда он усомнился и тонуть начал. Давай договоримся так. Я тебя отвезу к своим, ты отдохнёшь, с ребятами пообщаешься. А вечером, когда вернусь со службы, исповедаешься. Меня на этом свете уже ничем не удивить. Постарайся всё- всё вспомнить с самого младшего возраста.

-  Спасибо, Костя, - рассеянно ответил Георгий...

«Хорошо, что семья дома, - подумал батюшка, - как бы

он сейчас наедине с собой остался? Ничего пока никому не скажу. А то расплачутся ещё, не выдержат, совсем добьют мужика».

-  Принимайте гостя! - весёлым голосом скомандовал отец Константин, распахивая дверь в свою небольшую, но очень уютную квартиру. - А я на службу опаздываю.

До храма езды в худшем случае пятнадцать минут, а сколько отец Константин успел передумать за это время: вся жизнь перед ним пронеслась с раннего детства. Гоша был отличным охотником. И нередко брал с собой в лес маленького Костю. Всегда приятно было с Георгием находиться рядом, хотя он и неразговорчив был, и особой весёлостью не отличался. Вспомнил батюшка, как прибежала к ним Евдокия Афанасьевна вся в слезах и рухнула на бабушкину кровать.

-  Гошеньку моего в милицию забрали. Говорят, что он человека убил. Разве ж такое может быть, а? Не верю я, не верю! - с отчаяньем в глазах смотрела на сбежавшихся соседей Афанасьевна. - Он же в нашей деревне добрей всех. И мышонка пожалеет.

-  Да что же это, Афанасьевна! Пойдём сейчас же твоего Георгия вызволять: пошалили и будет, пусть отпускают. Может, они уже настоящего убийцу-то и нашли...

Но к великому всеобщему недоумению вызволить сына Афанасьевны так и не удалось. Оказалось, что его подвела одежда. Свидетели говорили, будто обратили внимание на серый свитер преступника. А Гоша в самый неподходящий момент возьми да и появись на месте происшествия в своём допотопном светлом свит ер очке, который ему мать ещё на окончание школы подарила. Так и упекли Георгия ни за что, ни про что на много лет.

Вспомнилось отцу Константину, как встречали они Георгия из тюрьмы. Вернулся он таким же светлым, каким и ушёл. Как будто не было в его жизни страшных этих тюремных лет, пролетели они мимо и не запачкали его своими чёрными крыльями.

-  Единственный мой на земле... с самого детства друг, - начал было окончательно расстраиваться батюшка, но сдержался: через пять минут служба - нельзя в таком состоянии выходить на амвон.


Отец Константин часто навещал Георгия в последние три месяца его жизни. Пролежни приносили ему ужасные мучения, и отец Константин раздобыл необыкновенный, очень дорогой матрац, облегчающий положение таких больных. Каждый раз он старался исповедать и причастить угасающего друга... И обратился ко всем прихожанам с сердечной просьбой молиться за тяжелобольного раба Божьего Георгия.

В один из приездов, только взглянув на сильно изменившееся в ходе болезни лицо своего друга, отец Константин понял: что-то произошло.

-  Батюшка, - сказал необычно живым и радостным голосом Георгий, - а меня Господь посетил.

-  Да слава Богу, слава Богу за всё, - не подозревая, что под этими словами кроется что-то новое, с тёплой улыбкой ответил батюшка.

- Я вчера днём задремал, - продолжал Георгий, - и вдруг чувствую, будто кто-то живой рядом. Открываю глаза - стоит возле моей постели и смотрит на меня Сам Господь... Увидел Он, что проснулся я, и говорит: «Вот ты какой, Георгий. А я-то думаю: за кого столько людей на земле молятся? Надо посмотреть».

И что-то ещё долго Георгий отцу Константину рассказывал, но этого уже батюшка никому из нас не открыл.