# Жизнь, что реченька бурлива... Избранное

А. Е. Шестаков

### БАНЯ – ОБЪЕКТ ВОЕННЫЙ


14 февраля 1942-го из Тюмени к линии фронта отправился нестандартный состав, десятивагонная баня «для героических советских бойцов».


Январско-февральское наступление наших войск, преодолевая яростное сопротивление противника, тормозилось дерзкими морозами, заносами, свирепыми метелями. Каждый километр продвижения вперед стоил бойцам огромных усилий. Именно в эти дни в тыловой провинциальной Тюмени родилась замечательная идея построить для солдата-окопника санитарно-культурную зону на колесах. Город сибиряков буквально всколыхнулся. На коротких деловых митингах, бурных собраниях-сходках решили добровольно отчислять деньги на этот очень важный военный объект. Над его созданием безвозмездно трудились во время субботников и воскресников.

За несколько первых дней после объявленной стройки в ее фонд поступило 177644 рубля. Коллектив завода «Механик» внес 11 тысяч, труженики горэлектросетей – 5172 рубля, завод «Республиканец»- 3543, фанерокомбинат - 8079, паровозное депо - 5378, шестая дистанция пути - 7416 рублей, завод (по известной причине без названия), где директором был А. Блинов, – 9496 рублей. Передали свои суммы артель «Кожизделия», детский сад «Водник», совхоз № 6, райтрансторг, школа № 8 и другие предприятия и организации, пожелавшие послать на передовую хоть крошечку своего тепла и внимания к солдату жестокой войны.

6 января был дан старт работам на уникальной баньке. Тюменцы участвовали в реализации большой затеи не только денежкой, но и лично. Плотники артели «Бытовик» С. Власов, Д. Нохрин, помогая вагонникам, выполняли с отличным качеством до трех дневных норм. Самоотверженно, творчески трудился здесь художник гортеатра Н. Иванов. Умельцы завода имени Кирова соорудили надежные теплые безопасные межвагонные переходы. Жены, матери и сестры солдат, ушедших в бой со станции Вагай, сбросились и купили баян для вагон-клуба возводимой бани. Сюда же передали симпатичное пианино педагоги и учащиеся городской музыкальной школы. А специалисты мясокомбината срочно изготовили и доставили в запасник объекта тонну ароматного мыла.

В рекордно короткий срок, за 25 дней и ночей, сибиряки смастерили «эксклюзивный» железнодорожный состав из десятка спецвагонов раздевальни, парилки, душевой, одевальни, куда доставлялось дезинфицированное обмундирование и чистое белье из вагон-склада. В составе были и парикмахерская, и вагон-клуб с газетами и журналами, настольными играми, музыкальными инструментами – баянами, гитарами, балалайками, пианино и патефоном. Пропускная способность, «производительность» помывочного объекта, 100 человек в час.


В первые три дня энергичной работе мешали заминки с чертежами и малочисленность бригад Анкудинова и Бочерикова. Но предпринятые оперативно меры быстро расправились с этими проблемами. Энергичные комиссар строительства комсомольский вожак С. Пацко, мастер Н. Молчанов, главный командир стройки деятельный высокопрофессиональный начальник депо А. Кочетков расширили численность рабочих групп, перешли на круглосуточный режим. А умелые руки инструментальщика Артемьева соорудили высокопроизводительный станок для изготовления обшивочной вагонки. И дело закипело.

По-ударному трудились «на благо здоровья солдата» плотники, слесари, жестянщики, маляры Н. Белявский, А. Бруев, Л. Каюков, И. Палкин, А. Владимиров, Т. Кулаков, А. Санников, С. Пургин, М. Яхнюк, Л. Орешкин, И. Епишин, В. Трубецкой, П. Обласов, М. Обухов, Ф. Черноусов, В. Злобин, А. Пономарева. 72-летний И. Либеров один остеклил все окна состава. С азартом молодых трудились пожилые Е. Аныгин, К. Еремин, А. Муравьев...

Кстати, у этого активного, работящего коллектива был великолепный пример собрата по профессии – машиниста Михаила Николаевича Ковязина. На своей тюменской родной станции он встретил печальную колонну из семи разбитых войной беспомощных паровозов. Бездыханные, мертвые машины... Влюбленный в свое дело, мудрый, решительный специалист назло вражьей силе взялся реанимировать «ФД» под номером 213034, приписанный Октябрьской дороге и заработавший почетное звание – «Паровоз Новозыбковской стрелковой дивизии». На лицевой высокой точке израненного стального коня горела пятиконечная звезда и буквенное «КИМ» комсомольский, значит. А вдоль котла и тендера зияли серьезные пробоины. «Пациент» не из легких. Но это не смутило умельца. Пусть не быстро, но вылечил он пострадавшего в боях. Да еще такую умную рационализаторскую новинку ему подарил, что многосильная скоростная единица эта стала знаменитой на весь Союз рекордной экономией топлива. Всю Великую Отечественную ковязинский «ФД» бойко служил на опасных рельсах, славя своего спасителя.

...Через двадцать пять дней и ночей банный объект предъявили строгой комиссии. Контролеры, не один раз проверив качество работ, дали свое добро. В архиве железнодорожного музея, которым сегодня командует прославленный труженик отрасли Яков Егорович Чепик, вы увидите несколько писем к будущим клиентам поезда. «Когда мы строили для вас, дорогие друзья-фронтовики, поезд-баню, пишет старший электромонтер связи Трубецкой, нам пришлось немало потрудиться. Но мы дружно, самоотверженно работали, думая, помня, что все это для вас, для наших доблестных друзей». А вот письмо телефонистки станции Тюмень А. Рогачевой: «Сын у меня летчик. Но материнской любовью я люблю не только своего сына, но и каждого дорогого нашего бойца, защитника Родины. Мы, тюменцы, посылаем вам, товарищи фронтовики, в подарок поезд-баню. В этот поезд мы вложили свой труд, мы с подругами вышили занавески для клуба, дорожку на пианино, оформили букеты из искусственных цветов. Пусть будет красиво в клубе, пусть вам будет уютно в нем! Отдыхайте, родные, в нашем поезде и с новыми силами бейте врага».

А вот коротенькая записка секретаря партбюро станции Тюмень Слогинова: «Мы посылаем вам, великие солдаты, поезд-баню. Понадобится – пошлем бронепоезд, понадобится -  приедем сами на фронт».

Уникальный состав 14 февраля уже стучал по рельсам, устремляясь на запад, к фронту. Ведет поезд доброволец, 56-летний ветеран «железки» Иван Тимофеевич Садаков. Под Москвой на вахте его сменил Путилин, буквально спасший состав с медицинско-санитарными опознавательными знаками. Фашисты не отличались сочувствием, благородством, сердечностью к раненым, беспомощным, беззащитным. Черные стервятники налетели на колесную баньку, совершенно открытую для поражения. С полотна дороги ведь не метнешься влево-вправо, под кровлю лесную, тоннель горную. Вагоны как на тарелочке! В случае чего есть всего два маневра: бешеный рывок вперед или стоп. Оперативный рулевой Путилин умело этим воспользовался. Не уберег только вагон с запасом белья. В боевом пути уникального творения тюменцев отчаянный Путилин участвовал недолго: ушел в «окопные схватки» с врагом и сложил там свою буйную голову. Вечная ему память!..

А поезд по войне повел Д. Шкуренко. Пройдены маршруты к Нижнему Новгороду и Твери, к Туле и Царицыну, к Брянску и Минску, к Бресту и Варшаве. И, наконец, к Берлину. До ноября 1945-го за сорок шесть месяцев службы в свои теплые «объятья» поезд принял сотни тысяч бойцов и командиров. Трудно поверить, но под Сталинградом даже некоторых паулюсовских вояк «отсанитарили».