# Жизнь, что реченька бурлива... Избранное

А. Е. Шестаков

### ОРДЕН ИЗ РУК ЖУКОВА


Памяти солдата, неутомимого труженика, с которым жили-работали мы в хлопотное послевоенье.


Николай Андреевич Козлов!
В жизни славно
Парню повезло:
Овладел профессией достойно,
В классах
Профтехнических служа,
Не знавал
Периодов «застойных»,
Пятилеток пыл не пролежал.

В сельской борозде
Не ведал лени,
В будний быт
Не падал на колени.
Однорядок пробовал лады
На задорных
Плясках молодых.

Небеса дарили доброту,
Ниспослав единственную ту,
Женушку, красу Елизавету.
Не найдешь любимее по свету!

***

Но в счастье жестко
Ворвалась война.
Прощанье у родимого окна
И ты уже в училище Тюмени
Учил азы пехотного уменья...

Фронт под Москвой.
В бою сибиряки.
Грудь в грудь с врагом
У Волгуши-реки.
С тобой три тезки тут –
Парфенов и Дубровин,
И Сырчин – парень стоек,
Ладно скроен...

И первые потери.
Чернокрыла доля:
Нет Сыропятова –
Улыбчивого Толи.
Землей студеной
Взят Анохин Валя.
Уход Завьялова
Друзья отгоревали.

Не успели, не дошли
До них медали.
Медальоны тем ребятам
В вечность дали...
И ты, как все,
Любя свой край родной,
Совсем не за листок
Сражался наградной.

И ни от пули, ни от штык-ножа
Не научен ты
За спинами дрожать.
Судья тебе –
Солдатский зоркий круг.
И марку держит
Батальонный политрук.

***

Разведка утомилась, поредела.
А надо срочно
Снова в разведдело.
Солдаты
Круглосуточно в борьбе.
«В рейд сам пойду!» –
Ты дал приказ себе...

И трое вышли
Под Татищево село.
Морозным утром
Быстро рассвело,
Но напоролись
На засаду эти трое.
Смертельный шквал огня
По ним устроен.

Один боец убит.
Ты приказал второму:
- В роту! Быстро!
Упреди погромы!
...Сорвал разведчик
Немчуре «расплох».
А политрук-то как?
Да, бой его не глох.
Сжат воин-одиночка
С двух сторон.

В патроннике
Всего один патрон.
Но нависают туши двух верзил –
Одну в упор он пулею сразил...

***

Тут автоматный шов
Прошил политрука.
Глаза его потухли.
Ватная рука.
Сознанье меркнет,
Сердце в полусне.
К родной приникнуть бы,
К испуганной сосне.

А силуэты черных:
Гут-гут-гут!
Подстрела-«языка»
Схватить бегут.
В бараний рог, мол,
Мы его совьем.
Не добивайте,
Нужен нам живьем...

А раненый
Не мирится с судьбой:
Врешь, врешь!
Еще не кончен бой.
Не все мои остатки сил
Свинец ваш подлый
Напрочь подкосил.

И, безоружный,
В адовом кругу,
Утесом встал
На русском берегу,
Как истый
Богатыревый типаж:
- А ну, бандит,
Схлестнемся врукопашь...

И, беспатронный,
Однорук и полузряч,
Смог сил своих
Остатки он напрячь.
Рывком, на кровью
Крашенном снегу,
Смог в горло вгрызться

Политрук врагу.
И в ярости,
В рычаниях и воях...
В снегу холодном
Умирали эти двое.
И нет фашистам
Коли – «языка»,
Ведь зубы русского
Покрепче сталь-замка.

И пудрит тех двоих
Метель-пороша.
А ветры колкие
Им волосы ерошат.
Вдруг справа ухнуло
Проснувшимся снарядом.
А слева каски
Недруговы – рядом.

Но эти двое
Русским не внимали.
Солдаты век таких клещей
Не разнимали.
Ну, с немцем ясно все –
Бесспорная кончина.

А как там Николай?
Он жив! Он – молодчина!
Хоть в ранах весь.
И дышит еле-еле.
Но медсестрицы, к счастью,
Быстро подоспели...

***

Потом
По лазаретным адресам
Отвагу-храбреца
Искал аж Жуков сам.
Солнечногорск.
Великий генерал
Здесь многолюдье
Воинов собрал.
И речь держал,
Восторгово пылая:
- Гордись, Сибирь,
Героем Николаем!
Вручу ему награду.
Пусть всегда
Рубинит ярко
Его «Красная Звезда»!