# Жизнь, что реченька бурлива... Избранное

А. Е. Шестаков

### БОЕВОЙ ТАНКИСТ

> Ты увидел бой,

> Днепр, отец-река...

> Мы в атаку шли под горой.

> Кто погиб за Днепр

> Будет жить века,

> Коль сражался он как герой.

> Е.А. Долматовский.


В сорок третьем минувшего века главный фюрер войны маниакально изрёк: «Скорее Днепр потечёт обратно, нежели русские преодолеют его». Преодолели! С ходу! Сломали вражью бетонную неприступность на речной правобережной круче! За этот массовый подвиг Руси 2616 воинов наших, форсировавших сложнейшую водную преграду, отмечены высшей наградой Отчизны. Среди отважных бойцов шёл через Днепр и наш бердюжский гвардии младший лейтенант, командир взвода средних танков Иван Ефимович МАРИКОВ. Указом Президиума Верховного Совета СССР храброму офицеру 3 июля 1944 года присвоено звание Героя Советского Союза. Посмертно. Похоронен он в селе Григоровка на Украине. На его малой родине, в деревне Останино, установлена мемориальная доска.


ЗДЕСЬ МОЙ ПРИЧАЛ

Останино.
Недавнее Пеньково.
Прильнула деревенька
К озеру подковой.

В усадьбах длинношеи
Журавли колодцев.
От крайних изб в версте
Окрестное болотце.
Меж кочек в нём
Застойная водица.
Для квасных дел
Такая не годится.
Негожа
На душицевый чаёк.
Но здесь рождён
Бердюжка-ручеёк.

Не он ли, вековой,
В седое время оно
Дал имечко селу,
А чуть поздней – району?

Бердюжьем нарекли
Редутну слободу.
Край с бликами озёр,
С заснежьем жил в ладу.

И пахарьский восход
Он акварелил розов.
Край нежно синеок,
Невестово берёзов.

В мечтах он обретал
Крыло стрижово.
От недруга рубил
Заслон ежовый.

А ворог испокон
Зудил проверить:
Крепки ль сибиряков
Сердца и двери.


ОСТРОВОК СЧАСТЛИВЫХ

Останино.
Старинное Пеньково.
Не зря ж деревня
Выгнулась подковой.

В работе жаркой,
В солнечном гуляньи
Творили счастье
Богатырь-селяне!

Незвонко-ярки.
Сдержанно-молчащи...
Средь изб по улице,
Изб Мариковых чаще.

А в семьях Мариковых
Самый ладный – Ваня.
Ему нет тридцати,
Но уж в почтенных званьях.

Большой стахановец
На пашенном увале.
Не зря колхоз его
Буденновским назвали.

Иван был весел, острослов,
Он трудолюбом был.
Кипел, искрил, сиял
В нём жизнелюба пыл...

Под вечерок весны
Лиричит люд заря –
Ванюшин патефон
Крылатит вальс не зря:

Мелодия любви
Сиренево нежна,
А у Ивана Вера,
Красавица-жена!

Торопится пластинка.
Вихрит девчат фокстрот.
Танцуют веселушки,
Задорен юн народ!

Легки аккорды танго,
Льют ивову печаль.
Минорная грустинка,
От сердца дев отчаль.

Ведь кавалеры в плясе!
Счастливый островок!

...Но небо уже плачет,
Рыдает от тревог.


ОБОЖГЛО БЕДОЙ

И грянуло Помпеей,
И обожгло бедой.
Кровавой эпопеей,
Не нивовой страдой.

Разгневанным цунами
Да душегуб-гюрзой...
Останинцы домами
Ушли на бой с грозой!

***

И вот уж Мариков – танкист.
Храбр. Могуч. Воюет вёртко.
Шлют из Останино носки
Ему в его «тридцатьчетвёрку».

Земляк, мол, ноги не морозь,
Ты фронт ведь держишь наиважен.

Лупи фашистов
«Прям наскрозь»,

Мы экипаж твой весь «обвяжем».

***

Посылка из бердюжских мест:
Махорочка в кисете,
Платочки шиты от невест.
Теплы приветы эти.

Пусть рукодельничье сельцо
В домах неспешно окна тушит.
Пусть гостя радует крыльцо,
Где нараспашку милы души...

Горит восходова краса.
Груздей цепочка на опушке.
Сверкает радужно роса,
Но не гремели б только пушки.

Земной не рушили бы рай
И человеково прекрасье.
Иван, из фото выбирай:
Иль рям, иль озеро Карасье,

Иль белопенный палисад,
Иль дед пшеничново усат,
Иль мама в вечной суете...
В биноклях кадры все не те.
Не те, родные, мирных дней –
Земля, убитая, видней.

Вокруг Ивана горький дым
И... седина по молодым.


ПЕРЕПРАВА, ПЕРЕПРАВА...

Теснили в сорок третьем
Фюрерство стеной
Четыре наших фронта,
В числе их фронт Степной.

Центральный, Юго-Западный –
Курс прямиком к Днепру!
К реке штыком уверенно
Германчиков припрут.

А Ванин фронт Воронежский –
Горяч, живее ртути.
Торопит его к Киеву
Бой-генерал Ватутин...

Фашист оскален, пятится,
Прячась в колках, балках.
Достанет его злючество
Вождь танковый – Рыбалко.

А комбат Лукьяненко
Прибавит тракам сил,
Чтоб нечисть с Приднепровья
Солдат под нуль скосил.

И Мариков на танке.
Он командир. Он взводный,
Ребят ведет обстреленных
К переправе водной...

Ой, Днипро, Днипро,
Ты широк, могуч.
Правый берег твой
Огнешквально жгуч.

Он закован весь
В неприступ-бетон,
А волну взбесил,
Знать, миф-бог Тритон.

Встрепенись, Днипро,
От невольих снов.
Ты ведь долго ждал
Нас, своих сынов.

Переправу нам
Полегчей изладь,
Не отдай родных
Под речную гладь.

***

Дыбит под бомбами
Хладнущая вода,
А танкам нужен
Берег правый,
Многоопасен путь туда.
Тут жутковато
Даже бравым.

Взрыв за взрывом
У плотов и у понтонов.
Тонут люди,
Тонут пушки, танки тонут.

На уме солдат
Единственно одно:
Только б, только б,
Только б не на дно.

Много жизней,
Много стали оброня,
Прорвалась на твердь
Иванова броня!


НАТИСК МОЛНИЕВ

Прям из риска,
Сбереженные судьбой,
Прям из зыби
Мариковцы – в бой!

Натиск молниев.
Строка стволов лиха.
Драпай, хищник,
С григоровских хат...

Но. «Машины!
Стоп! По тормозам! –
В рациях грохочет
Взводный зам. –
Перед танками
Бурлит крутой овраг!».

В тактик-картах
Он не обозначен –
На планшетки
Явно выдан брак.
Пульманы зевнули.
Не иначе.

И вот он, факт:
Атака умерла,
Недохлестав
Фашистского мурла...

А что же Мариков?
Клянет штабных под люком?
Нет. Он рванул из танка
К пулям-злюкам.

Вышел взводный из брони
Во весь свой рост.
Шаг к поступку был,
Конечно же, непрост.

Вышел, дерзкий, из машины
Под чужой прищур-прицел:
Дно промерил...
Вешки дал...
Вернулся цел!

...Взвод Ивана покорил
Преград-ручей.
Бой вновь вспыхнул
Горячущих горячей!


ПАМЯТЬ-ПЕЧАЛЬ

Блистал Иван
У переправ,
У речки малой,
У Днепра.

Как сорняки-бурьяны,
Крошил незваных рьяно.
Учинял кошмар врагу
На огнежарком берегу.

У Иванькова затих
Победный бой,
Светлоликие танкисты
Меж собой:

«Дрались вполне ударно
Мы в нашенских
плацдармах!
И грянем взводному
Ур-р-а!..
Очищен справа от Днепра
Самый первенький клочок,
Земли родимой пятачок!..

Побиты свастики горят…»
А про Ивана говорят
– Личность по-людски.
– Персона рингово смела!
– Таким от Родины хвала!

...Но в трауре
Днепровы воды.
В печали бравость
Танковзвода...

...Русь скорбит.
Скорбят сибиряки:
ПОГИБ ГЕРОЙ
У ШИРЬ-РЕКИ...


ГОРЬКОЕ ПОСЛЕСЛОВИЕ

В жестоких битвах Великой Отечественной сложили голову, произнесем с глубочайшей сердечной печалью, двадцать односельчан-однофамильцев Ивана Ефимовича. Вспомним в минуты скорби слово Большого Гражданина Руси Михаила Кутузова: «Бессмертен тот, Отечество кто спас». Помолчим, склонившись перед ликами сраженных земляков Марикова: Алексея Федоровича, Василия Марковича, Владимира Михайловича, Василия Маркеловича, Николая Антоновича, Герасима Сергеевича, Георгия Игнатьевича, Николая Ефимовича (1902 г.р.), Егора Ильича, Ивана Федоровича, Кузьмы Степановича, Ивана Фомича, Николая Ефимовича (1903 г.р.), Поликарпа Фомича, Николая Ивановича, Романа Ефимовича, Степана Григорьевича, Николая Ильича, Федора Николаевича, Филиппа Петровича... ВЕЧНАЯ ИМ ПАМЯТЬ. ВЕЧНАЯ...