# 408 Селиванов Ветрено

Федор Андреевич Селиванов

## Федор Селиванов


## Ветрено


Рассказы


## Люстра


Город наш небольшой. Все в нем знали Прохора Веника и его жену Ию. Познакомились они в нашем же городе. Ия приехала к родителям с Урала после развода. Она пять лет замужествовала, горько разочаровалась в супруге.

Прохор увидел разведенку на юбилее коллеги, подошел и сразу начал восхищаться ею. Ия слушала и думала:

—  Ну почему каждый мужик считает, что он первым сообщает женщине о ее красоте? Первооткрыватели... Как надоело!

Прохор не произвел благоприятного впечатления, хотя был статен, решителен, уверен в себе. Но он не отступал и через год добился своего. Ия, эта впечатлительная, переживательная и обаятельная женщина с бровями вразлет, стала его женой. Муж был состоятельным, бережливым, запасливым. Жили они в четырехкомнатной квартире, главной примечательностью которой была огромная хрустальная люстра. Висела она в гостиной. Любоваться ею приходили и друзья, и просто знакомые. Мы, конечно, спрашивали, откуда такое чудо. Но Веник или отшучивался, или набрасывал покров таинственности. Поговаривали, что она сделана на Тайване.

Впечатление от люстры усиливал нежный перезвон подвесок, когда ветерок, проникнув через открытое окно, шевелил их, или когда проезжающая грузовая машина вызывала вибрацию.

Сыну Прохора и Ии Антону было тринадцать лет. На золотую свадьбу родителей Ии его не взяли. Мать, уходя, сказала:

—  Чтобы тебе не было скучно, позови Севу.

Дружок примчался через пятнадцать минут после звонка. Он принес видеофильм-боевик. Посмотрели, потом затеяли борьбу. Но оба мальчика больше всего любили игры с мячом.

—  Лови! — крикнул Антон, бросив Севе большой резиновый мяч. Покидали друг другу, потом Сева принял мяч как волейбольный, ну а Антон взял в руки, подбросил и ударил по нему, как бьют при подаче на волейбольной площадке. Что тут началось!

Мяч летал из одного угла в другой. Похоже, он заразился весельем парнишек. И вот Антон с размаху сильно ударил по прилетевшему от Севы мячу. Он снарядом полетел к потолку, попал в люстру.

Ее приподняло, она бешено качнулась, сорвалась с крючка и тяжело рухнула на пол. Осколки полетели во все стороны. Сева смылся сразу, не сказав ни слова.

Когда Прохор и Ия вошли в квартиру, то сразу увидели кучу мусора — все, что осталось от люстры. Мгновение — и отец кинулся к сыну с кулаками. Потекла кровь. Ия бросилась к Антону, прикрыла его собой, но Прохор отшвырнул ее и продолжал избивать мальчика. В этот момент он перестал быть отцом. В его глазах полыхала ярость. Прохор не видел перед собой сына, он видел злодея, уничтожившего предмет его особой гордости, драгоценную вещь, составную часть его смысла жизни.

Антон упал. Ия крикнула:

—  Антоша!

Подбежала, приподняла голову сына. Он был без сознания. Бросилась к телефону. Вызывая скорую, повторяла без конца:

—  Быстрее, быстрее!

Бригада примчалась мгновенно. Антону сделали укол, положили на носилки. Родители сели в машину. Ия бормотала что-то и неотрывно смотрела на бледное, в крови лицо сына. Врач и сестра пытались вернуть мальчику сознание, но безуспешно.

—  Умер, — простонала сестра.

Ия закричала, почему-то бросилась к дверце машины. Врач и сестра пытались ее оттащить, но это удалось только Прохору, который словно онемел и не произнес за все время ни звука.

Ия обезумела от горя, сознание ее помутилось. Врач сказал шоферу:

— В психбольницу!

Когда Ию доставили в больницу, а Антона в морг, Прохор, придя домой, зарядил свое охотничье ружье патроном с пулей и выстрелил себе в рот. Милиция нашла его лежащим рядом с осколками дорогой люстры.